Как известно, средний человек может прочитать за свою жизнь несколько сотен книг. Вполне естественно попытаться  выбирать лучшее из огромного множества доступных книжных сокровищ.  Которые к тому же растут не по дням, а по часам - достаточно просто заглянуть в раздел  новинок  в любом книжном магазине или сайте.

   Можно, конечно, почитать аннотации, - но это скорее реклама, чем объективный отзыв. А  отзывы незнакомых, даже самых уважаемых людей? Сколько раз приходилось бросать,  не дочитав,  рекомендованную  книгу?

Другое дело - человек, близкий по духу (или, хотя бы известных тебе взглядов). Которого  за некачественный отзыв и к ответу призвать можно!

 Друзья, эта  страничка для вас. Буду добавлять сюда названия книг, аннотации и  отзывы, которые мне пришлись по нраву. Кстати, иные отзывы сами - как произведение искусства.  Буду рад, если этот список поможет кому-то ориентироваться в выборе следующей книги. Обращайтесь, если не сможете найти её на просторах интернета. И совсем будет замечательно, если вы тоже поделитесь своими находками (например, в комментариях).

Вы всё это давно читали, и хочется новенького? Тогда воспользуйтесь мастером рекомендаций на сайте Livelib.ru

Сатановский Е. Книга Израиля. Путевые заметки о стране святых, десантников и террористов

"Израиль как мечта и как реальность – «две большие разницы». Его столица Иерусалим – центр мира и небольшой восточный город. Еврейское государство, жителей которого по утрам будят муэдзины, притом что жители эти похожи на кого угодно, кроме классических евреев. Бюрократы и святые. Многочисленные гении и отборные идиоты. Хитроумные до глупости политики и министры, которые лучше умеют водить танк и поднимать в атаку батальоны, чем командовать чиновниками. Страна, живущая от войны до войны, – но с каким удовольствием она живёт! Много вкусной еды и цветов. Русский язык на каждом углу. Дети и кошки. Девушки и юноши с автоматами – армия, напоминающая хорошо вооружённых студентов. Ракетные атаки, отражением которых можно полюбоваться с балкона. Террористы – и лучшая в мире система защиты населения от террористов. Святая земля – во всех смыслах. Три тысячи лет истории государства, гибнущего и возрождающегося, как феникс из пепла. Отличный пример того, как стоит жить на этом свете."

 

Калашников И. Жестокий_век

"Войско Чингисхана подобно вулканической лаве сметало на своем пути все живое: истребляло племена и народы, превращало в пепел цветущие цивилизации. Вершитель этого жесточайшего абсурда Чингисхан — чудовище и гениальный полководец. Молниеносные степные переходы, дымы кочевий, необузданная, вольная жизнь, где неразлучны опасность и удача."

"Какая потрясающая книга! Просто не верится, что это было написано в 1979 году, в разгар соцреализма.Я не возьмусь судить о исторической достоверности, но язык, глубина и раскрытие характеров на уровне Шолохова. Прямо счастье найти такую драгоценную книгу в неконтролируемом потоке мусора перманентно сыплющегося в информационное пространство.Это печальная книга, в ней очень много смертей, но в этом видимо реализм того века, когда погибли миллионы."

 

Г. Робертс. Шантарам

"Впервые на русском - один из самых поразительных романов начала XXI века. Эта преломленная в художественной форме исповедь человека, который сумел выбраться из бездны и уцелеть, протаранила все списки бестселлеров и заслужила восторженные сравнения с произведениями лучших писателей нового времени, от Мелвилла до Хемингуэя. Подобно автору, герой этого романа много лет скрывался от закона. Лишенный после развода с женой родительских прав, он пристрастился к наркотикам, совершил ряд ограблений и был приговорен австралийским судом к девятнадцати годам заключения. Бежав на второй год из тюрьмы строгого режима, он добрался до Бомбея, где был фальшивомонетчиком и контрабандистом, торговал оружием и участвовал в разборках индийской мафии, а также нашел свою настоящую любовь, чтобы вновь потерять ее, чтобы снова найти..."

"Чтение доставляло такое удовольствие, что не хотелось чтобы книга заканчивалась, просто потрясающе понравилось. Герои, место, сюжет все впечатляет. Если книга оставит вас равнодушным, подумайте, может быть вы потеряли где-то часть вашей души?! Читайте, получите удовольствие!"

"Читаю некоторые отзывы скептиков и становится смешно! "Не литература", "не роман", "не биография" - люди, не все в этом мире можно обозвать одним строгим словом, подходящим под ограниченную рамку. В этом произведении намешано много стилей, но именно это и делает его таким уникальным и интересным! Кто-то говорит "перегруженные конструкции", а я называю это попыткой автора выразить свои чувства так, как он это умеет. Книга, наверное, не подойдет для циничных людей, не способных сопереживать чужим проблемам и радоваться вместе с чужими радостями. Никто не говорит, что главный герой должен быть красивым и высоконравственным - здесь это вполне реальный человек со своими проблемами в голове, а так же, читатель не обязан разделять все его точки зрения - от того-то история и кажется настолько реальной и душевной. Некоторые моменты выглядят невыясненными до конца - но, я думаю, что это сделано нарочно, чтобы сохранить некую тайну автора. Кроме того, каждый может сам себе додумать так, как ему понравится. Лично я, читая эту книгу, практически пережила с автором все его приключения, и испытала практически все возможные эмоции - страх и отвращение, смеялась и рыдала. Книгу дал почитать друг, но, прочитав ее, решила купить себе отдельный экземпляр, чтобы сохранить на память."

Иванов А. Золото бунта, или вниз по реке теснин.

"Роман посвящен событиям, происходившим на Урале в конце XVIII века, спустя четыре года после разгрома Пугачевского восстания. Герой романа, молодой сплавщик Остафий Переход, должен разгадать загадку гибели своего отца, чтобы смыть с родового имени пятно позора. Увлекательный детективный сюжет автор погружает в таинственный и завораживающий мир реки Чусовой. Здесь караваны барок, груженных железом, стремительно летят по течению мимо смертельно опасных скал - бойцов. Здесь власть купцов и заводчиков ничто в сравнении с могуществом старцев - учителей веры, что правят Рекой из тайных раскольничьих скитов. Здесь даже те, кто носит православный крест, искренне верят в силу вогульских шаманов. Здесь ждет в земле казна Пугачева, золото бунта, клад, который уже четыре года не дается ни шаманам, ни бродягам-пытарям...". Язык романа – яркий, красочный, образный. Уральская действительность конца XVIII века воссоздана досконально. Природа, люди, говор, географические наименования предстают перед читателем практически в первозданном виде. В повествование органично вплетены мифы и сказки народов, живущих на берегах реки Чусовой. И это сочетание скрупулёзно воспроизведённой реальности, народных сказок и мифов, и буйной, вдохновенной фантазии автора создаёт ощущение полного доверия автору, - будто ты сам а не Осташа летишь по этой чумовой реке жизни. 

 Аудиокниги есть от двух исполнителей, И. Литвинов  и Вячеслав Герасимов, оба великолепно читают."

 Поначалу продираться сквозь первые страницы романа так же сложно и запутанно как сквозь таежные буреломы. Здесь поможет словарь для романа .

Об авторе можно почитать здесь.

Сравнить свои впечатления с профессиональными рецензиями тоже интересно

 

Г. Робертс.  «Шантарам-2. Тень горы

"Долгожданное продолжение одного из самых поразительных романов начала XXI века!
Итак, прошло два года с тех пор, как Лин потерял двух самых близких ему людей..."

Мои впечатления от книги очень  противоречивы. Отзывы в интернете , как всегда, тоже разные. Приведу лишь два - в них очерчен диапазон эмоций, которые порождает книга. И который раз убеждаюсь - хороший отзыв - это само по себе искусство.

1. Лобанова Т.

Когда узнала о выходе романа "Тень горы", продолжении "Шантарам", была удивлена- зачем? Что там продолжать, абсолютно законченное произведение, настольная книга для всех и каждого. Но, конечно, сразу купила и сразу прочитала. Признаться, боялась, что разочаруюсь.. ведь продолжение всегда практически хуже первой части. Но нет!!!!! Тот же восторг! Роман великолепен! Он просто -другой! Да, философии там мало...но зато там столько ЛЮБВИ!!!!! Весь роман пронизан любовью...Любовью к жизни, к женщине(мужчине),к городу семи островов, к дождю, к друзьям и даже врагам. Очень интересна тема дождя- дождь, как очищение, дождь, как спасение, дождь- как продолжение жизни. То, что это этакий своеобразный "гангстерский боевик", это даже интересно. В прошлом романе речь шла, в основном, об обитателях трущоб. Здесь- "сильные мира сего", элита Бомбея, красота и роскошь.. и, конечно- свобода! То, к чему стремятся все герои Робертса. Читаешь роман и живешь жизнью его героев! То мчишься на байке по улицам Бомбея, то сидишь в "Леопольде" с бокалом пива, то оказываешься на священной горе...то в отеле. Интересно, что в этом романе появился герой из России, причем- положительный! Это роман- наслаждение! Читайте и наслаждайтесь!

2. Clickosoftsky

Трам-тарарам-2, или Тень на плетень. 

Впервые на русском,
бесценный подарок,
он весь в переплёте,
он прян свеж и ярок,
бегите скорее в инет-магазины,
а то уведут шантарам из корзины,
у вас сердца нету,
коль вы не прочтёте,
при этом ни разу слезу не утрёте,
бомбейские байки а(в)стрального зека,
который на байке гоняет по свету,
трава и братва коммунисты и геи,
красотки, уродки, святые ,злодеи,
страниц восемьсот,
ну а смысла лишь малость,
впервые на русском.
вот так оттоптались :(

   Просыпается мафия, читатель засыпает. Этими простыми и мудрыми, как изречения святого Идриса, словами можно было бы и ограничиться. Невыразимая тоска, скука непреходящая, временами всё же переходящая в тягостное недоумение — вот настроение, владевшее мною на протяжении бесконечных двух недель, бездарно угробленных на освоение этого образцово-графоманского опуса.
    Время от времени хотелось опасливо ощупать собственный организм, ну, пульс там проверить, что ли: а вдруг у меня и впрямь нет сердца? Не станет ведь Джонатан Кэрролл всякую хрень безответственно нести, а?.. Сначала за нарциссом-на-байке следишь даже с интересом: что он ещё выкинет? Насколько белым окажется его ррромантический плащ? В какой степени уголовник освоил секреты писательского мастерства?.. Ни в какой, увы.
    Бесконечные страницы «Шантарама-2» (от первого меня бог миловал) нафигачены Робертсом с упорством заключённого в одиночной камере, выцарапывающего палочки-дни на стенках своего узилища. Не было рядом с товарисчем Лином какого-нибудь хорошего, доброго и одновременно честного человека вроде Джеймса Барри, который шепнул бы ему ненароком: «Чуть-чуть поменьше — это великая вещь». И не в одном объёме дело, вы же понимаете.
    Если книжка хорошая, так странички только так летят-шуршат, глядишь, полтыщи как не бывало, а вот уже и содержание, выходные данные, задняя обложка... «Как? Это всё?» :( А у автора «Тени горы» всего СЛИШКОМ. Таки да, Объёма. Персонажей (упомнить всех нереально, особенно когда под конец автор ни с того ни с сего ещё охапку приносит, как дровишек с мороза, чтобы подкинуть их в едва теплящийся огонёк повествования). Наркотиков. Мутить уже начинало от очередного непременного упоминания. Убийств, которых сотни происходят — и проходят почти бесследно (меня поразило, что даже после полного пэ главный герой на голубом глазу продолжает называть Бомбей «мирным и прекрасным городом»). Карикатурности: что Голубой Хиджаб, что Мадам Жу — простите, это не героини и даже не персонажи. Это карнавальные костюмы. Эффектные, тут даже спорить не буду. Но внутри них — пустота. Пустота, которую не скроешь никакими эффектными нагромождениями, никаким пафосом, никакими бесконечными повторами.
   Кстати, о повторах.
— Всё-в-одном, — сказал я.
— Всё-в-одном, — повторил он.
— Всё-в-одном, — сказал я.
— Всё-в-одном, — повторил он.
— Что такое? — спросил я.
— Ничего! — ответил он.
— Что такое, Дидье?
— Я же сказал: ничего!


Я не утрирую, это буквальные цитаты, и такого... добра в книге полно. Дюма обзавидовался бы. У автора двух (sic!) шантарамов явно какое-то нарушение мозговой деятельности. У меня даже мысли не возникает задать один из «фломастерных» вопросов, потому что автор сам на него и отвечает: гашиш.
    Время от времени монотонность чтения гипнотизирует, и тогда, внезапно крупно вздрогнув, обнаруживаешь себя в «Помутнении» : это мир, где нормально соорудить над газовым бойлером полку для хранения и сушки галлюциногенных грибов, где глаза девушки уместно сравнить с шестнадцатью зелёными ферзями, а сам Лин («Лин-Лин-ковролин, на носу горячий блин», — сердито бормочу, не удержавшись) представляется человеком в костюме-болтушке: поминутно меняя обличье, он способен довести беспомощного созерцателя до полной потери самоконтроля.
    Совсем хреново у главгера с моральным кодексом. Ну хоть каким-нибудь, самым завалященьким. Это, пожалуй, единственное, что хоть немного веселило при форсировании данного Сиваша. Типа, смотрите, какой я благородный: то деньгами кого-нибудь осыплю без разбору, то сутенёрам не даю слишком уж распускаться. Вишну-Кришну, балбес ты этакий!
   Деньги-то ты откуда взял? Да сам же говоришь: три-четыре раза в день вверенные тебе кварталы объехал... дань собирал, само собой. А сутенёры и не должны распускаться, ишь. Проститутки весь свой заработок не им должны нести, а... а куда? Правильно, в сундуки Кощея. Ну, Кадербхая. Что, умер? Иди ты. Правда умер?! Ёлы-палы, не бессмертный, значит, был. Нескладно как получилось... Тогда Санджая. Или кто там ещё.
      Что в голове у Грегори «Лина» Дэвида «Шантарама» Робертса творится, понять чрезвычайно сложно. Это не преступники, — заявляет, например, он, — а обычные граждане, занимающиеся преступной деятельностью. ШТОА? И не осуждает он никого. Я даже не про шлюшек его говорю — но поглядите: наш робингусь не осуждает даже заплечных дел мастера. Ненуачо, от него же была польза Компании...

    И другие побочные симптомы графомании, так то: философские мыслишки, достойные Коэльё (некоторые из них бессмысленны, как коаны), и натужно-вычурные метафоры... и как тут не вспомнить Мелихана: 
"Красивое, но ненужное сравнение подобно бриллиантовому колье на груди бородавчатой жабы, которую из серебристого тумана выносит гнусная макака."
Унесите (пудинг)  жабу. Обратно в туман, плиз. Спасибо. Можно подавать следующее блюдо :)

Людмила Улицкая. Лестница Якова

"Лестница Якова" — это роман-притча, причудливо разветвленная семейная хроника с множеством героев и филигранно выстроенным сюжетом. В центре романа — параллельные судьбы Якова Осецкого, человека книги и интеллектуала, рожденного в конце XIX века, и его внучки Норы — театрального художника, личности своевольной и деятельной. Их "знакомство" состоялось в начале XXI века, когда Нора прочла переписку Якова и бабушки Марии и получила в архиве КГБ доступ к его личному делу...В основу романа легли письма из личного архива автора.

Отзыв1:

Книга "Лестница Якова" - Людмила Улицкая - Захватывающий и глубокий, роман-притча Достоинства: Отличный язык, книга очень глубокая, увлекательный сюжет, основана на реальных событиях Недостатки: Нет Людмила Улицкая - в числе моих любимых писателей. Поэтому ее новый роман "Лестница Якова" стал для меня подарком. Тем более неожиданным, что после "Зеленого шатра" Улицкая вроде бы не собиралась больше писать романов. А потом нашла переписку своего деда и вдохновилась на "Лестницу Якова". Как вы уже сами понимаете, новый роман автобиографичный. Но, конечно, это не мемуары, а именно художественная литература - со всей ее образностью, обобщениями, размышлениями. И, конечно, как всегда у Улицкой, прекрасным, "вкусным" языком. Книга основана на переписке вымышленного персонажа Якова Осецкого, но в ней разворачиваются события жизни нескольких поколений этой удивительной семьи. Своего рода семейная сага. Начинаешь читать, и уже невозможно оторваться, настолько все интересно, глубоко и трогательно. Герои сразу становятся родными, особенно основатель династии Осецких Яков и его внучка Нора. Потрясающие судьбы, особенно если учитывать, что прототипами героев стали реальные люди. Меня покорил Яков - интеллигентный и умный, умеющий в самых сложных обстоятельствах радоваться жизни и ощущать ее вкус. Как всегда у Улицкой, через интересную сюжетную канву решаются вечные человеческие вопросы. О свободе, о порядочности, о любви. Очень интересно вместе с героями проживать разные эпохи, перемещаясь из 1916-го года в 90-е. И погружаться во все перипетии их жизни, и делать вместе с ними порой непростой выбор. Здорово показано, как исторические события, которые принято считать судьбоносными, и правда влияют на отдельно взятых людей. Но в то же время в любых обстоятельствах они могут оставаться людьми, идти по тому пути, который считают правильным. Очень сильный роман, он про нас всех. И в то же время - это притча, она в целом о людях. Советую почитать обязательно. Даже если не хотите задумываться над вечными вопросами, хотя бы получите удовольствие от сюжета и языка.

Отзыв2:

Роман-семейная сага, охватывающая длительный период истории. Роман в самом деле охватывает большой исторический период – с начала двадцатого века до двадцать первого. Шесть поколений, множество исторических событий и письма. Огромное количество писем, с которых и началась вся история, как в жизни, так и в книге. Собственно, роман Улицкая стал писать, когда нашла письма своего деда. То же самое происходит и с героиней романа Норой, которая после похорон бабушки забирает из ее квартиры ивовый сундучок, набитый письмами деда, Якова Осецкого. Повествование получается одновременно в настоящем – от лица Норы, и в прошлом – в письмах Якова.

В самом названии романа заключен его главный смысл Само имя «Яков» означает « следующий по пятам». Так в романе прослежен путь от Якова до Якова – от прапрадеда до праправнука. А еще лестница Якова – это библейский сюжет. Лестница соединяет землю и небеса. Начало и конец. 

Вот взялась писать, а совсем внятно свое мнение выразить не могу. Кое-что понравилось в романе, и поразило. Больше всего, пожалуй, личность самого Осецкого, его потрясающе широкий круг интересов. Его способность постоянно учиться и идти дальше в любых условиях – на войне, в ссылке. Его умение поставить цель и добиваться ее. И письма замечательные, но для того. чтобы их читать, надо иметь некоторое представление о людях и событиях того времени. В некоторых отзывах читала, что не всем было понятно, кто такой Михоэлс и даже ( с ума сойти ), кто такая Крупская. Очень много в книге рассуждений о театре, о музыке, о литературе. В общем, чтобы быть в теме, надо обладать хоть какой-то эрудицией. Но кое-что оставило некоторое недоумение. Например, все прочие персонажи как-то не приглянулись. Даже не знаю, к чему это отнести, но осталось такое абсолютно ровное отношение ко всем героям. Даже, наверное, равнодушное. Непонятой осталась жена Осецкого, Маруся. Для создания полной картины происходящего явно не хватило ее писем, чтобы нарисовать полную картину. А так что-то вроде «догадайся, мол, сама», почему все так, а не иначе. Роман читается легко, и, не будучи специалистом в этой области, ляпов не заметила. Но люди более умные, чем я, сказали, что язык хромает, причем странно, что не только сама автор не заметила языковых ошибок, но и редактор пропустил. В общем, чувство от прочтения осталось двойственное – вроде и читалось нормально, и суть книги ясна, но как-то не легло на сердце. Все-таки Улицкая – не мой автор.

 

Акунин Б. История Российского Государства. От Ивана III до Бориса Годунова. Между Азией и Европой

Продолжение грандиозного проекта Бориса Акунина! Многотомная "История Российского Государства" Бориса Акунина - грандиозный проект, не имеющий аналогов по масштабности и успешности! Борис Акунин возвращает нам наследие прошлого!

В этой книге оживают страницы отечественной истории XV-XVI веков, - как драматичные, ключевые события, так и небольшие эпизоды, о влиянии которых на ход истории порой мало кто задумывается. Охвачен период с момента освобождения Руси от иноземного владычества до великой Смуты новой утраты независимости в результате внутреннего кризиса и вражеского вторжения. Почему первоначальные успехи сменились поражениями? Что во "втором" русском государстве изначально было или со временем стало причиной подобной непрочности? Третий том проекта "История Российского государства" продолжает разговор об истории Отечества с читателем, который предпочитает увлекательную манеру повествования, но стремится изучать факты, а не художественный вымысел, и делать выводы самостоятельно.

О серии:
Первый том "История Российского Государства. От истоков до монгольского нашествия" вышел в ноябре 2013 года. Вторая историческая книга серии появилась через год. Главная цель проекта, которую преследует автор, - сделать пересказ истории объективным и свободным от какой-либо идеологической системы при сохранении достоверности фактов. Для этого, по словам Бориса Акунина, он внимательно сравнивал исторические данные различных источников. Из массы сведений, имен, цифр, дат и суждений он попытался выбрать все несомненное или, по меньшей мере, наиболее правдоподобное. Малозначительная и недостоверная информация отсеялась. Это серия создавалась для тех, кто хотел бы знать историю России лучше. Ориентиром уровня изложения отечественной истории Борис Акунин для себя ставит труд Николая Карамзина "История государства Российского".

Отзыв от  russischergeist:

Этот том получился большой и более насыщенный. Столько событий на Руси произошло между временами правления Ивана Третьего и Бориса Годунова, неоднократная смена власти и властвующих династий! При начале чтения я обнаружил, что имею огромные пробелы в этом временном периоде. Читая "для освежения головы", я в итоге полностью погрузился в тематику царствования Ивана Третьего, Василия Третьего, Ивана Четвертого, Федора Первого, Ирины Федоровны и Бориса Годунова. Все казалось для меня ново, словно я ничего не изучал в средней школе. Странно как-то, но действительно, когда долго не сталкиваешься с какой-то информацией, она постепенно забывается.

Что мы помним, например, о царствовании Ивана Четвертого? Ну да, назвали его посмертно Иваном Грозным. Да, все помнят картину "Иван Грозный убивает своего сына", все видели великий фильм Эйзенштейна и комедию "Иван Васильевич...". Ну, а что еще? Ах, если бы во вторую часть царствования государь продолжал бы "собирать камни"! Но не судьба. Русское государство всегда идет по самому сложному пути...

Очень интересно время Бориса Годунова, было интересно собрание "столкновений" различных мнений историков о династии Годуновых. Позабавило сопоставление Годунова-мудрого и Годунова-злодея, а также "джекилхайдство" Ивана Четвертого. Достаточно подробно описано время Василия Третьего и те проблемные изменения в русском государстве после перехода власти от Ивана Третьего.

Как и в прошлые разы, выпущена красивая и занимательно иллюстрированная книга. Фотографии, картины и иллюстрации подобраны со вкусом и вовремя дополняли и разбавляли морально сложное повествования тех лет. На мой взгляд, в сравнении с предыдущими томами, автор меньше внимания уделил внутреннему развитию Руси, а сильно сконцентрировался на внешней политике и раскрытии образов государственных правителей. Порадовали небольшие главы о возникновении казачества, походах Ермака, опричниках. О развитии культурных традиций государства и развитию церкви было выделено совсем немного места, автор придерживается идеи сакрализации государей, благодаря которой все остальные процессы автоматически "флюгерировали" и могли даже автоматически "демонтироваться". Прав ли автор? Не знаю, я не историк. Мнение я воспринял для начала с осторожностью, но и с интересом. Будем ждать следующего тома о "третьем русском государстве".

Отзыв от Inku

Очередной том "Истории..." - это, разумеется, никакая не история, государства ли, этноса ли, то есть изложение фактов и, по возможности, выявление причинно-следственных связей. Это политический памфлет на историческом материале - благо, параллели с сегодняшним днем проводить очень легко, - причем памфлет, адресованный так называемым простым людям. Отсюда и схематичное изложение, и очень простой, практический разговорный, язык, и даже иллюстрации, подобранные, кажется, для учебника 5 класса очень средней школы. И самое главное - постоянные интерпретации и прямое навязывание своей картины мира. Как ни близок мне либеральный дискурс и как бы ни была я согласна с умозаключениями автора, подобный подход в издании, претендующем если не на научность, то на определенную взвешенность, несколько коробит. Как минимум, не стоит воспринимать книгу как историческое исследование.
И вот что еще странно: когда я читала о Грозном и Годунове у Скрынникова (казалось бы, книги, написанные академическим ученым во вполне конвенциональном стиле), то постоянно вздыхала и ахала. Какие герои, какие перипетии! Дюма на этом гвозде истории повесил бы такие авантюрные романы, что д'Артаньян оставался бы в памяти только самых преданных его почитателей. Читаю Акунина - и ничего не шевелится. Все как-то тускло, плоско, и ведь не объяснишь это недостаточным мастерством автора. Возможно, Акунин приберег весь смак для "художественно-литературной" части проекта, но учитывая опыт с предыдущими томами "Истории", читать это я точно не буду.

 

Захар Прилепин. Не чужая смута

         Есть люди, с которыми я чувствую какую-то духовную связь. Что бы они не говорили (по крайней мере перед камерой), я понимаю сердцем и почти со всем согласен. Один из этих людей - Захар Прилепин. Прочитал его новую книгу следом за 3-й частью Российского государства Акунина Б. и очень вовремя - отличная прививка от российского либерализма! Прекрасно выводит из головы весь яд, который Акунин вложил в свои последние исторические романы.

       Русская культура и русская история сквозь призму украинской трагедии. Данная книга - новая грань творчества Захара Прилепина, несомненно, талантливого и самого брендового писателя, журналиста, литературоведа... Начало повествует о Киеве и его настроениях за год до Майдана, повествование и мысли автора устремляются к дню сегодняшнему. Это взгляд на Украину не со стороны, а изнутри. Взгляд человека сопереживающего, вернее, живущего этим ужасом. Это наши с вами мысли. В книгу вошли как ранее встречавшиеся в прессе и Интернете заметки, так и не публиковавшиеся статьи.

      Советую всем, кто хоть иногда задумывается о вечном, о людях и государствах, политике и о нас с вами. А помимо темы оцените и язык автора, его стиль и мастерство. Острая, живая, горячая публицистика Прилепина . Она не оставляет равнодушным, отзывается внутри, будит мысль, будоражит сознание, заставляет вскипать кровь. Кто мы на Нашей земле? Для чего мы здесь? Эта книга берет за горло, и потряхивает сначала легко и нежно, а потом все сильнее, словно пытается пытается разбудить. Просыпайтесь, просыпайтесь, а то все проспим.  

Помимо размышлений о судьбах современной России, Украины и "государства" Евросоюз, роли во всём США, Прилепин совершает интереснейшие экскурсы в историю. Искромётные, дерзкие, порой резкие и за гранью литературного языка высказывания соединены со стилизацией под древнерусские литературные памятники, отсылают к ним.

 

Акунин Б. Другой путь

"Борис Акунин продолжает «Аристономию» – книгу, ставшую, по признанию автора, «первым серьезным романом» в его жизни. Как и предыдущая книга серии, «Другой путь» блестяще прочитан Народным артистом РФ Александром Клюквиным."

> Акунин, как всегда, прекрасен. Читать его настолько приятно, легко и интересно, что «глотаешь» его произведение на одном дыхании и грустно становится, когда оно заканчивается! Хочется ещё и еще! .

Отзыв от Sergeybp

"Другой путь" - логическое продолжение "Аристономии", написанной Акуниным пару лет ранее. Сразу же оговорюсь, что по моему субъективному мнению, прочтение предыдущей книги вовсе не обязательно. Как и в первом случае, новый роман - это чередующиеся главы двух, лишь очень косвенно связанных произведений (не случайно автором указан Акунин-Чхартишвили). Одна из них, "Клетчатая тетрадь", представляет собой художественный историко-философский трактат о Любви, а вторая, "Фотоальбом" - типичный для Акунина поп-роман с незатейливым сюжетом и морально-этической подоплекой. И если душевные метания лубочных героев "Фотоальбома" взволнуют разве что почитателей Фандорина, то "Клетчатая тетрадь" - совсем иное дело. Возьму на себя смелость сказать, что именно из-за этого авторского историко-философского исследования Любви "Другой путь" следует прочитать буквально к а ж д о м у ! Пусть любви посвящена львиная доля художественной литературы, тем не менее полагаю, что еще никто и никогда не сумел взглянуть на этот феномен так скрупулезно, так непредвзято, так всесторонне, так объективно... Огромное спасибо за такую книгу по такой теме, Григорий Шалвович!"

Отзыв от Radiomiku

"Бессонная ночь - прочитанная книга - разочарованная я. Не знаю, чего я ожидала. Высокого накала морально-этического тока, как в "Аристономии"? Мудрой и немного старомодной притчи? Фонтана чувств и эмоций? В любом случае, ничего из этого "Другой Путь" мне не подарил. Снова две части, одна - трактат недоучки-философа Клобукова, вторая - его новые приключения (сильно сказано) в Москве 1926 года. То есть, строго говоря, как в дипломе выпускника вуза: часть теоретическая и часть практическая. И та, и другая не дотягивают даже до серьезного к ним отношения. Часть теоретическая - это философско-исторический экскурс о Любви. Она, по мнению автора, бывает настоящей, а бывает и настоящей настоящей. А бывает, что и вовсе ее не бывает, так-то. И плывет автор по эпохам, выхватывая то тут концепцию, то там цитатку, обрисовывая отношения мужчин и женщин на картонном историческом фоне. В принципе, читать довольно интересно, в некоторых местах даже занятно. Да вот только очень уж все это знакомо, все это мы проходили, и Шекспира читали, и Шоу с Шопенгауэром... Но цель исследователя и была изучить, показать, проанализировать, и это получилось нормально. Хоть и немного смешно, если честно. Эдакий конспект троечника, у которого с любвиведением как дисциплиной практической отношения натянутые. И он, бедняга, и так ее изучает, и эдак, а все мимо. Часть практическая - пошленький, но читабельный любовный романчик, где с самой первой строчки можно понять, чем все кончится и заради чего это писалось. Иллюстрация к первой части, практикум студента А. М. Клобукова. Студент он старательный, но плохо знающий матчасть, о чем уже было сказано выше. Все вместе - странная, плоская книга, которой от Акунина как-то даже и не ожидаешь. То, что Фандорин у него спёкся, уже дело привычное, но целый роман, посвященный тому, о чем он умело рассказывает в паре страниц, - это чересчур. Резюмируя: язык, как и всегда, отличный, но любовный роман - провал, а трактат о любви вызывает скучливую улыбку, а то и вовсе раздражение. Увы."

Отзыв от Count_in_Law

"Акунин-Чхартишвили пошел по заведомо неблагодарному пути (или Пути?). В обществе, в большинстве своем не принимающем никакого иного мнения, кроме лично-субъективного, он пытается донести до людей собственную точку зрения о лучшем мироустройстве и лучших, в его понимании людях. Видно, что это плод долгих и, подозреваю, во многом мучительных раздумий, вот только, уверена, что такой штучный товар у нас в действительности способны оценить единицы. И если с "Аристономией" было все-таки попроще (лучшие человеческие качества подразумевают куда больший уровень обобщения, чем лучшая Любовь), то "Другой Путь" обречен остаться в памяти большинства читателей как эдакое весьма странное произведение окончательно зачудачившего (свихнувшегося, исписавшегося, зажравшегося - тут уже каждый выбирает по вкусу) автора. Действительно, та часть книги, которая представляет собой трактат главного героя с размышлениями о Настоящей Любви, может показаться скучной, но разным людям по разным причинам. Одни просто не в состоянии воспринимать такое занудство (размышления глубоки, но совершенно академичны, т.е. изложены по-научному, с большим количеством литературных и философских отсылок). Другие поразятся очевидности предлагаемых им теорий. И это тоже неплохо, поскольку свидетельствует о том, что автор действительно нащупал некое общее место. Что касается художественной части, то она по-акунински превосходна. Да, любителям "движухи" тут снова ловить нечего, поскольку предложенные автором истории о любви на самом деле просты и предсказуемы донельзя. Здесь нет трендовых одноногих собачек имени Мойес и вымученных улыбок под рефрен "виноваты звезды". Но сколько здесь всяких плюшечек для любителей хороших литературных текстов! Яркие герои, которых видишь сразу и абсолютно живыми. Море деталей жизни и быта того времени, создающих завершенную картину атмосферы середины 20-х годов прошлого века. А еще - безупречно скроенные и вшитые в роман живые иллюстрации всех тех любовей, нелюбовей и недолюбовей, о которых написано в беллетристической части. Читаешь и диву даешься, насколько точно (а потому и предсказуемо!) автор ухватил и сумел передать оттенки таких отношений. Зеркало не всегда показывает то, что нам хотелось бы. Поэтому мы так часто пытаемся доказать окружающим, что здесь или там имеем дело с искажающим стеклом или вообще малюсеньким, незначительным осколком, который вряд ли в принципе способен отразить нечто путное. Приятного вам шелеста страниц!"

 

Максим Малявин. Записки психиатра или всем галоперидолу за счет заведения

   Слушал этот сборник коротких рассказов М. Малявина из собственной врачебной практики в исполнении Сергея Герасимова. Иногда мне кажется, что в его исполнении могу слушать что угодно с превеликим удовольствием. Но рассказы Малявина, полные замечательного профессионального юмора, смягчённые и украшенные неповторимо душевной и мягкой манерой исполнения Герасимова - особый деликатес. Смеялся до слёз. В отзывах читателей встретил много упрёков автору - дескать - не та тема, и "грешно смеяться над больными людьми" .. Ещё раз убедился - из каждого правила есть множество исключений,  не надо так проштамповано на всё смотреть. Автор с такой деликатностью и чуть ли не любовью к своим подопечным ведёт рассказ, что лично у меня к нему никаких претензий, только благодарность и признательность.

irek19

Книга "Записки психиатра или всем галоперидолу за счет заведения" - Максим Малявин - Надрыв животика! Максим Малявин - автор этой книги, практикующий врач психиатр в психоневрологическом диспансере, одного маленького российского городка.

   Эта книга представляет собой сборник историй, которые происходили с автором на протяжении его учебы и работы в диспансере. А так же наблюдения его коллег и друзей. Всего 122 истории. О чем книга? О буднях врачей и санитаров, о пациентах, которых Вы не встретите больше ни в какой больнице.

     Вы представляете себе работу врача-психиатора? Вряд ли. Эта книга отбросит официальные момента работы и покажет читателю обратную сторону практики психиатора, ту сторону, которая заставит читателя ржать без остановки. Что смешного может быть в работе психоневралогического диспансера, спросите Вы? Там же лежат больные, а над ними грех смеятся! Тем не менее, без смеха в этой работе никуда!

     Читателя ждет знакомство с работой выездной бригады санитаров, он узнает что такое "вязки" и зачем они нужны, познакомится с огромным количеством буйных и не адекватных персонажей, которые живут среди нас! Узнаете, что такое "пулька" в голове и как она туда может попасть. А может и Ваша жена изменяет и Вам с инопланетянами?? Весь набор психических проблем: параноя или шизофрения, бред... Будет интересно!

    "Записки психиатора" ясно дадут понять, почему этих больных не возможно лечить психотерапевтическими, психологическими методами, а лечат их лекарствами и часто простым успокаивающим, анимазином. Без пары кубиков которого просто не реально! Книга написана простым языком, автор практически не использует профессиональную терминалогию. Книга расчитана на обычного читателя. Будет понятна всем.

     Стиль автора безумен! Он так смешно описывает рабочие моменты, что после каждой истории надо перевести дух, а то можно просто лопнуть со смеху. Максим Малявин используя истории из своей практики, тем не менее сохраняет врачебную тайну. В книги нет имен или других уточняющих данных, по которым можно узнать больного. Начиная читать "записки психиатора" Вы получите почти 500 страниц чистого юмора. Уверена, что пока не прочитаете книгу, Вас будет от нее не оторвать!

Alighieri

Да да да! галоперидолу всем! И аминазин!!!и вообще!!!! Волшебная книга,которая повышала мне настроение после тяжелого дня, когда я ехала в метро и просто таки ухахатывалась над каким нибудь мини рассказом книги. Мне как человеку, который прошел и псифак и практику в дурдоме особенно было интересно почитать такое. Сразу вспоминались те времена, когда мы ставили некие эксперименты над пациентами. Абсолютно безобидные, но вместе с тем помогающие нам, студентам учиться. Конечно было в практике и много ужасающего и я уверена, что в практике Малявина тоже было немало грустных историй, но все равно, светлого как то больше. Эти волшебные пациенты, которые страдают каждый своим-это удивительные люди, которые по своему интересны, о них можно писать только такие книги: веселые, сумасшедшие, чуть бредовые и удивительные. Стоит прочитать даже тем кто далек от психологии и психиатрии , потому что книга чудесна.

Teneri

На удивление приятный образец книги, выросшей из ЖЖ-записей. - У автора есть стиль. На удивление! Либо очень хорошие редакторы. - У автора есть юмор! Без сомнения, черноватый, медицинский такой, с сарказминкой, с врединкой, с грусцой временами, иногда с легким высмеиванием. Но — действительно смешно ведь! :) - У автора есть, что рассказать. Специально для тех, кто обожает слушать профессиональные истории от людей, которые являются специалистами в своем деле и съели на своем поприще несколько свор собак. - Автор остается человеком, и это чувствуется. Да, периодически он выстебывает своих пациентов, да ищет смешное в болезнях и сумасшествии, но делает это без злости, ненависти, без желания «убить всех людей». Это подкупает. Прочитала легко, быстро и с огромным удовольствием!

 

К. Паустовский. Повесть о жизни. Далёкие годы

Это просто песня! Слова эти из книги - лучше любой рецензии расскажут о том, какой  величины художник из создал:

"С этого лета я навсегда и всем сердцем привязался к Средней России. Я не знаю страны, обладающей такой огромной лирической силой и такой трогательно живописной - со всей своей грустью, спокойствием и простором,как средняя полоса России. Величину этой любви трудно измерить. Каждый знает это по себе. Любишь каждую травинку, поникшую от росы или согретую солнцем, каждую кружку воды из лесного колодца, каждое деревцо над озером, трепещущее в безветрии листьями, каждый крик петуха и каждое облако, плывущее по бледному и высокому небу.

И если мне хочется иногда жить до ста двадцати лет, как предсказывал дед Нечипор, то только потому, что мало одной жизни, чтобы испытать до конца все очарование и всю исцеляющую силу нашей русской природы.

Детство кончалось. Очень жаль, что всю прелесть детства мы начинаем понимать, когда делаемся взрослыми. В детстве все было другим. Светлыми и чистыми глазами мы смотрели на мир, и все нам казалось гораздо более ярким.

Ярче было солнце, сильнее пахли поля, громче был гром, обильнее дожди и выше трава. И шире было человеческое сердце, острее горе и в тысячу раз загадочнее была земля, родная земля - самое великолепное, что нам дано для жизни. Ее мы должны возделывать, беречь и охранять всеми силами своего существа."

Отзыв Serovad:

Вот в такие минуты - минуты первого впечатления о прочитанной книге - начинаешь жалеть, что ты не современник писателя. Что ты не можешь вот сейчас прямо сесть, написать ему большущее письмо, полное впечатлений о его произведении. Или маленькое. В котором достаточно одной фразы. например: "Уважаемый Константин Георгиевич. Ну какой же вы молодец, что написали эту книгу!". И все, ни словом больше.

"Далекие годы" - первая повесть из шести, из которых состоит цикл "Повесть о жизни". Так уж получилось, что без малого год назад я первым делом причитал последнюю книгу этого цикла "Время скитаний". И обязательно прочитаю во второй раз. Но пока поясню, что именно из-за "Времени скитаний" я поставил "Далеким годам" четверку - потому что "Время скитаний" еще лучше. Итак, "Далекие годы" - это рассказ о детстве Константина Георгиевича, о тех годах, когда его называли просто Костиком. Его детство, его дом, его безмятежные дни, гимназия, первые водовороты жизни, распад семьи, радости и горести.

Как же оно написано. Ну во-первых интересно. Я вообще не любитель автобиографических произведений, особенно где все подробно расписано с самого детства. Но тут читать стоит. Потому что это не скучно как минимум. Потому что написано так живо, что представляешь себе все описываемое. И вкус варенья, и католический костел, и хулиганства гимназистов, и мороз в предновогодней Москве. И верите ли, уж насколько иногда устаю от Москвы, а вот почему-то хочется туда попасть именно в мороз.

Но еще больше завораживает Киев. О, я никогда не бывал там, но вот уже сколько произведений мне за последние несколько месяцев попадается, где действие происходит в Киеве. И чем больше читаю, тем больше хочется посмотреть на этот город. С подачи пера Паустовского желание становится зудяще-нестерпимым.

А еще читая это, сравниваешь с собой. Ну какое отношение его детство имело к моему, спрашивается. А никакого. Но ведь слушаешь иных людей об их детстве, и свое не вспоминаешь. А читаешь Паустовского - и картинки лезут из памяти о том, когда сам бегал под стол. Мудрые размышления разбавлены описаниями природы и быта, а они - красками общественных настроений. И так все чередуется, чередуется, как события жизни. А его родители еще сомневались в его будущем!

Отзыв strannik102:

<Действительно далёкие годы. Более столетия отделяет нас теперь уже от событий, о которых пишет в книге Константин Паустовский. В первой из шести задуманных и написанных им автобиографических книг. Повесть написана языком рассказчика. В том смысле, что во время чтения совершенно не задумываешься над тем, что ты читаешь книгу — так и кажется, что на самом деле ты просто слушаешь рассказ. Достигается это тем, что русский литературный язык, которым написана книга, чрезвычайно бытовой и повествовательный. В нём нет ни вычурностей, ни многомудростей, ни чрезмерно философских велеречивостей, ни изысканно красивых оборотов (так порой и хочется написать обормотов...) речи, метафор, гипербол и всего прочего литературного.

Применение всего этого литературно-писательского инструментария зачастую украшает письменную литературную речь, но столь же нередко и отягощает её, делает такой переусложнённый язык чрезмерно специальным, специфическим, технологичным, искусственно выведенным — как овечка Долли. Иногда такая чрезмерная литературность автору и книге идёт, — и тогда мы говорим о собственном авторском стиле, — но часто книга становится тяжким бременем для читающего её. Паустовский как раз относится к числу тех маститых и мастеровитых русских авторов, который всегда выступал за избегание искусственности в русском литературном языке. В его книгах, и в этой в том числе, практически невозможно найти что-то чрезмерное литературное специальное— если на улице смеркалось, то именно это слово он и употребит

Казалось бы такое строгое и требовательное отношение к собственному писательству делает книги Паустовского скучными, малообразными, мелкими и некрасивыми. Но думать так будет величайшей ошибкой, потому что в том-то и мастерство Писателя, в том-то и весь его гений, что искусно и мастерски сложенная из простых словесных кирпичиков книга и прочна, и устойчива ко всяким литературным сейсмическим колебаниям, и к придиркам любых изощрённых критиков и критиканов, и красива, гармонична и притягательна.

Говорить что-то по содержанию книги особого смысла нет, потому что можно легко свалиться в пересказ ключевых моментов книги или биографии Паустовского, но ведь всё это лучше узнать непосредственно из уст самого рассказчика и автора. Можно только сказать, что вот если бывают великолепные книги о детстве и юности мальчишки или девчонки, которые читаешь взахлёб и с полным погружением, то эта книга как раз к таким и принадлежит. Отчего удовольствие от чтения двойное.

Отзыв Kopi:   Есть сердца по пять рублей, по десять и по двадцать

Повезло Паустовскому: какие у него были по жизни учителя! Он слышал, как Врубель, посмотрев свои фрески в Кирилловской церкви Киева, сказал: -Мне надоело таскать эту противную свою оболочку; Мальчиком он сказал отцу, что «умер Чехов». «Отец сразу ссутулился и сгорбился.- Ну, вот, как же это так…Не думал я , что переживу Чехова»…; Мама Паустовского стояла ночь в Москве за билетами для него в Художественный театр на «Живой труп» и «Три сестры» : - Ничего, мне было интересно со студентами и курсистками! ;

-Мы забываем об учителях, которые внушили нам любовь к культуре, о великолепных киевских театрах, о повальном нашем увлечении философией и поэзией, о том, что во времена нашей юности были еще живы Чехов и Толстой, Серов и Левитан, Скрябин и Комиссаржевская…Мы запоем читали Плеханова, Чернышевского и революционные брошюры..с лозунгами «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», и «Земля и воля». Читали Герцена и Кропоткина, «Коммунистически манифест» и романы революционера Кравчинского.

В газете «Киевская мысль» мы любили статьи с подписью: «Гомо новус»…псевдоним Луначасрского… Мы забываем о знаменитой библиотеке Идзиковского на Крещатике, о симфонических концертах, о киевских садах,…о том, что торжественная латынь сопутствовала нам во всем на протяжении гимназических лет. Забываем о Днепре, мягких туманных зимах, богатой и ласковой Украине, окружавшей город кольцом гречишных полей, соломенных крыш и пасек…; Сам Константин-еще мальчишкой- ездил вместе с бабушкой на поклонение к "Матке боске ченстоховской"...

Паустовский слушал лекцию Бальмонта. «Она называлась «Поэзия как волшебство»…; Он увлекался «русской драмой и актрисой Полевицкой. Она играла Лизу в «Дворянском гнезде» и Настасью Филипповну в «Идиоте»; -..я переписывыался с эсперантистами в Англии,Франции,канаде и даже Уругвае….получал открытки с видами Глазго,Эдинбурга,Парижа, Монтевидео и Квебека…Я просил присылать мне портреты писателей и иллюстрированные журналы. Так у меня появился прекрасный портрет Байрона…и Виктора Гюго..;

Он искал вместе с гимназистами потерянную оперу своего преподавателя, австрийца Иогансона, о которой узнал от автора, что ..»я становился молодым, когда писал ее. С каждой новой страницей с меня слетало по нескольку лет…То была музыка счастья! Где оно? Всюду! В том, как шумит лес. В листьях дуба, в запахе винных бочек. В голосах женщин и птиц…Я мечтал быть бродячим певцом…я завидовал цыганам. Я пел бы на деревенских свадьбах и в доме лесника…А может быть,эту музыку услышала бы та, что никогда не верила в мои силы…» И гимназисты вместе с Паустовским нашли потерянную оперу на Лукьяновском базаре!!! В нее только-только начали заворачивать сало…

В коллекции учителя географии Черпунова, от которого ушла молодая жена, моложе учителя на 35 лет, он как-то увидел чучела колибри и бабочку с острова Борнео: «Только мне ее жалко! Она-красивая, а ее почти никто не видит»… На катке он катался на коньках «Галифакс» вместе с гимназисткой Марусей Весницкой, ставшей королевой Сиама и отравленной своими подданными растолоченным в порошок стеклом…;

Его дядя Юзя рассказывал, как «одним свои чихом убивал на месте шакалов», когда служил начальником верблюжьих караванов в Средней Азии вместе с братьями Грум-Гржимайло; как на военной службе не уберег водолаза, проверявшего дно реки Москвы во время коронации Николая II, как играл в рулетку в Монте-Карло , оборонял Харбин во время китайского восстания и участвовал в англо-бурской войне…;

Паустовскому ПРИШЛОСЬ стать писателем, потому что он усвоил - от аптекаря Лазаря Борисовича из Витебска – что «…Это большое дело, но оно требует настоящего знания жизни. Писатель! Он должен так много знать, что страшно подумать! Он должен работать как вол и не гнаться за славой…» И хорошо бы каждому. Мнящему себя «писателем» , иногда «подсыпать в пищу маленькую порцию яда. Чтобы его пробрало как следует и он пришел в себя…Потому что «мало ли кто хочет быть писателем! Я тоже хочу быть Львом Николаевичем Толстым»… Кстати, Паустовский вовсе не был белоручкой и однажды как врезал по сопатке одному «аристократу» из гимназистов, который посмеялся над бедно одетой женщиной. А вообще-Паустовский драться не любил: не то, что Михаил Булгаков, возглавлявший «студиозов-демократов» во время ежегодных кулачных мордобоев в гимназическом саду…

 

К. Паустовский. Повесть о жизни. Беспокойная юность

 Вторая книга повести подарила ничуть не меньше удовольствия, чем первая. К потрясающей искренности и достоверности, замечательному," вкусному" и простому русскому языку, добавилось описание ключевых событий, происходивших в России 1914-1917 годов, которым автор стал непосредственный свидетель и участник. Наряду с множеством интересных и колоритных, но  безвестных персонажей, в повести можно встретить Ленина, Свердлова, Гиляровского, Волошина, ..... , которых автор видел, слышал, а с некоторыми был лично знаком.

Юлия Мелкумян
К своему стыду до недавнего времени даже не знала о таком писателе как Константин Паустовский. "Познакомилась" через радио "Звезда" с "Повестью о жизни". Два раза переслушивала, а теперь и перечитываю. Есть книги, которые ни памяти не оставляют о себе, ни следа в душе, ни эмоций, ни мыслей, как будто порожняком прошли. А здесь просто невероятная история жизни, которая иной раз похожа на выдумку. Читая его по новой влюбляешься в Россию, появилось невероятное желание увидеть Киев, Одессу, Севастополь, Таганрог, Кавказ... Вообще эмоций через край, книга заставляет задумываться! Понимаю Марлен Дитрих, которая встала перед Константином Георгиевичем на колени. Но немного горько от того, что не все в книге правда.

Анибас
Эту книгу мне подарил мой свекр. Сначала я не обратила на нее никакого внимания, т. к. имя писателя Паустовского у меня ассоциировалось с какими-то скучными рассказами из детства. Но с другой стороны я люблю мемуарную литературу, поэтому как-то взялась ее полистать на досуге. Скажу сразу, что книга захватила меня полностью. Удивительно приятное чтение. Язык писателя меня поразил:легкий, поэтичный, романтичный. Удивлялась, почему раньше мне казался этот писатель скучным."Повесть о жизни" можно прочитать взахлеб, не смотря на то, что она довольно-таки большая, состоит из 6 книг в хронологическом порядке. Предполагалась еще 7 книга, но к сожалению писатель не успел ее закончить. Несмотря на то, что читается она легко, я читала не торопясь, вдумчиво, как бы смакуя и представляя все те места и образы, которые создает автор, ту удивительную атмосферу, дух времени, колорит. Много интересного и познавательного вы узнаете о городах(Киев, Москва, Таганрог, Одесса и др.) и о людях, с которыми довелось встретиться по жизни писателю.

Авдеенко Ольга
До сих пор для меня Паустовский был мастером поэтического описания природы. Но, прочитав его биографический роман "Повесть о жизни", я открыла для себя другого Паустовского. И жизнь писателя, со всеми ее перипетиями, приключениями и настоящими испытаниями, и то, как он об этом пишет - с легким, печальным юмором, с некоторой грустью, ностольгией по ушедшим годам - увлекли и захватили меня. Читала не отрываясь. Паустовский - писателей, журналист, путешественник, Гражданин своей страны с большой буквы. И в тоже время скромный и очень сдержанный человек. В каждой его строке - огромная любовь к Родине. Патриотизм Паустовского не в лозунгах и призывах. Он в его трепетном и уважительном отношении к каждой березке, каждому ручейку и к каждому человеку, живущему на этой земле.

 

 

Водолазкин Е. "Авиатор"

Аннотация:

  Евгений Водолазкин - прозаик, филолог. Автор бестселлера "Лавр" и изящного historical fiction "Соловьев и Ларионов". В России его называют "русским Умберто Эко", в Америке - после выхода "Лавра" на английском - "русским Маркесом". Ему же достаточно быть самим собой. Произведения Водолазкина переведены на многие иностранные языки.

Герой нового романа "Авиатор" - человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счетом ничего - ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре - 1999 год?..

Сюжет:

В 1999 году профессор Гейгер размораживает одного из заключенных Соловецкого лагеря, ровесника века XX-го, над которым был произведён эксперимент и который оказывается перед реальностью конца этого века, пытается соединить воспоминания произошедшего с ним и с его эпохой вместе с новым временем, в котором он оказался невольно. В новом романе Водолазкина "Авиатор" Петербург начала ХХ века объединяет с Петербургом конца столетия фигура гkавного героя — Иннокентия Платонова, совершившего "перелет" во времени. В середине 20-х годов героя замораживают в жидком азоте на Соловках (в рамках научной программы по обеспечению советских вождей бессмертием), а в 99-м размораживают. Да настолько удачно, что он смог жениться на внучке своей давешней платонической возлюбленной. Совершенно триумфальным назвать его возвращение трудно. Назвать сам роман "фантастическим" еще труднее...

У меня осталось  двоякое ощущение от романа. Всё зависит от того, с  чем сравнивать.  После Паустовского К. читать роман "Авиатор" не стоит - сплошное разочарование и фальшь. На фоне прочей современной прозы, которую мне удалось прочесть, вполне достойная книга.

Был очень удивлён, встретив на очень уважаемом мною Лабиринте.ру множество восторженных отзывов, но прочитав ещё несколько на других ресурсах и пару рецензий от критиков успокоился:  Всё в порядке, публика российская любит и ценит хорошую литературу, чувствует её глубоко и остаётся очень разной в своих оценках.

Сычева Ксения

Читала взахлеб! Великолепный язык, слог, переплетение судеб героев и времени и необычный сюжет – читая, понимаешь, что оторваться не можешь, потому что современной литературы такого высокого уровня немного.... Чего стоят только, например, описания мира вокруг в воспоминаниях...
Цитата: "Чай осенью на открытой веранде. Сапогом раздувают тлеющие угли...Самовар большой, и вода в нем закипает медленно. Все ждут, когда появяится первые струйки пара, пар же пока вылетает только из ртов сидящих. Он хорошо заметен в лучах ослабевшего солнца, которое никого не согревает. Воздух - резкий, с запахами реки и сосен...".
Я прямо таки ощутила эту осень вокруг, запахи...чудо! Книга, конечно, нелегкая, над многим задумываешься, и рассуждая, перечитываешь некоторые отрывки... Именно поэтому - прочитайте, не пожалеете)))

Теплова Инна

Роман Евгения Водолазкина “Авиатор” подкупил меня не только самобытностью повествования. В нём, помимо небанальной истории героя - ровесника двадцатого века, очнувшегося в больничной палате образца 1999 года, соединились чаяния любви, философские размышления о вечном и кошмары политических перетрубаций.
Название книги - великолепная метафора, описывающая человека, способного, уподобившись “всесильному богу деталей”, страстно, любовно обозревать их снова и снова с высоты полёта над пространством событий. Роман чётко поделён на две части, первая из которых - это дневник главного героя, жизнеописывающего то, что когда-то было его миром, вторая - полифоническое описание происходящего и происходившего не только героем, но и людьми, играющими отныне важнейшие роли в его жизни.
Поначалу повествование кажется размеренным и плавным за счёт единства стиля изложения, присущего главному герою, Иннокентию Петровичу Платонову, но во второй части, когда к нему присоединяются другие два голоса, возникает иллюзия усиления динамики произведения, история окончательно оживает в новом времени. Платонов отличается необычным мировоззрением, очень сдержано воспринимает происходящее с ним, скупо реагирует на известия, которые каждого из нас как минимум шокировали бы.
Со временем мы узнаём историю его жизни подробнее, и подобные реакции уже не так смущают. Я не могу сказать, что прониклась переживаниями главного героя или испытывала к нему какие-то конкретные чувства, пока читала. Возможно, то, что я так и не смогла по-настоящему начать переживать за него, и стало причиной того, что истинного восторга от “Авиатора” я так и не испытала. Больше всего мне пришёлся по душе Петербург, представший передо мной в нескольких временных измерениях. И дело даже не в совпадении, по которому я почти ежедневно хожу по проспекту, на котором проживал Платонов, а в любви, с которой звучат названия улиц, пригородов и достопримечательностей.
В этой книге я чувствовала себя дома. Прочитать “Авиатора” однозначно посоветовала бы. В нём есть немало того, что может зацепить, причём зацепить людей с абсолютно разным отношением к жизни. Но твёрдая 7 из 10, ибо лично мне не трепеталось.

Литературный критик Галина Юзефович

рассказывает на «Медузе» о самых интересных и важных книгах, изданных в России. Нынешний обзор посвящен «Авиатору», новому роману Евгения Водолазкина, автора «Лавра» — самой популярной книги в русской литературе 2013 года.

Роман, следующий за по-настоящему большим успехом, — это всегда очень сложно. Сложно для писателя — что понятно, но и для читателя тоже. Читатель ждет (чаще всего долго — несколько лет), предвкушает, надеется, что сейчас ему будет так же хорошо, как в прошлый раз, причем ключевое слово тут даже не «хорошо», а «так же». Единожды полюбив автора, мы ждем, что каждая его следующая книга будет иной, но вместе с тем вызовет в нас те же переживания, что и прежняя — только еще чище, ярче, глубже.

Абстрактное «читатель» можно в данном случае честно заменять на конкретное «я», а вместо «автор» писать «Евгений Водолазкин». Да, после живого, дышащего и в то же время хрустально-прозрачного «Лавра» мне очень хотелось еще, еще такого же, и побольше — чтобы, как в свое время написал Павел Басинский, словно ключевой воды в жаркий день.

В этом смысле, конечно, новый роман Водолазкина «Авиатор» — сплошное разочарование: он другой. И чтобы смириться с тем, что новый текст — не «Лавр», не его продолжение и вообще не так и не о том, требуется время. Более того, чем сильнее вы любите предыдущий роман Водолазкина, тем сильнее будет отторжение. Однако после того, как принятие и примирение все же произойдет (у меня это случилось примерно на сотой — из четырехсот — странице), вы с большой вероятностью начнете понимать, что «Авиатор» не только не хуже «Лавра», но в некотором смысле лучше. Просто совсем, принципиально другой — словно другой рукой писанный.

Рассказанная автором на сей раз история поражает своей искусственностью. В 1932 году в Соловецком лагере идут эксперименты по крионике — благо в подопытных кроликах, бесправных, измученных зэках, готовых на все, что угодно (хоть бы и на заморозку, ради того, чтобы просто разок поесть и обогреться), недостатка нет. К слову сказать, Соловки описаны у Водолазкина по-шаламовски страшно — куда жестче, например, чем в прилепинской «Обители». Одним из таких «кроликов» становится 32-летний Иннокентий Платонов, узник знаменитой и страшной «Секирки» — штрафного лагерного изолятора, откуда живыми обычно не возвращаются. Каким-то чудом замороженному телу Платонова удается пережить расцвет и крушение советской власти, и вот в 1999 году его успешно размораживают, возвращая к жизни. 

Однако за этой насквозь синтетической фабулой, отсылающей одновременно и к сказке о спящей красавице, и к сатирической балладе Алексея Константиновича Толстого о богатыре Потоке, скрывается материя сугубо натуральная. Для того, чтобы помочь Платонову восстановить память (после заморозки он не помнит почти ничего и слабо понимает, кто он и как оказался в Петербурге конца ХХ века), Гейгер — врач, выведший героя из комы, — предлагает тому вести максимально откровенный дневник, чтобы записывать и впечатления дня сегодняшнего, и воспоминания прежнего мира. Этот дневник (постепенно, ко второй части романа, из сольного он станет полифоничным — с голосом Платонова сольются голоса его жены и Гейгера) и составляет, собственно, текстуальную ткань романа, живую и теплую.

И вот тут мы подходим к первому из важнейших достоинств «Авиатора»: конечно, по сравнению с «Лавром» он гораздо более совершенен и литературно искусен. Воспоминания Платонова о прежней жизни проступают сначала в виде смутного образа, бесплотной картинки — иногда манящей (образы детства или первой любви), иногда отталкивающей (эпизоды лагерной жизни). Позднее они же возвращаются вновь — уже яснее, с подробностями, запахами, полутонами. Потом начинают обрастать взаимосвязями, проникать друг в друга, выстраиваться в систему — мир прошлого становится все более плотным, осязаемым, густым… Это процесс вспоминания, обретения утраченного, описан Водолазкиным узнаваемо и точно (да, именно так и работают механизмы памяти — именно так мы сами восстанавливаем в голове забытое), но при этом с каким-то поразительно стройным, едва ли не танцевальным ритмом. Каждая деталь описывает сложный круг и, словно в старомодном котильоне, вновь возвращается на свое место.

Однако завораживающей ритмичностью достоинства «Авиатора», безусловно, не исчерпываются. В первую очередь это, конечно, очень умный, в высшей степени интеллектуальный текст — чтобы не употреблять затертого выражения «роман идей». Отталкиваясь от ключевых образов Робинзона на необитаемом острове и евангельского Лазаря, возвращающегося из царства мертвых (Платонов, буквально вернувшийся с того света, но при этом заброшенный судьбой в чуждое ему время, чувствует родство с ними обоими), Водолазкин выстраивает свою книгу вокруг важнейших нравственных универсалий ХХ века. Может ли быть воздаяние без вины, а вина без искупления? Лагерный сиделец, мученик ГУЛАГа Платонов уверен, что нет (как становится понятно ближе к концу, у него есть для этой веры некоторые основания) и что любая кара имеет в своем фундаменте вину — пусть даже вину неосознанную или несоразмерную. Из этого убеждения следует парадоксальная, гипертрофированно христианская готовность Платонова признать неизбежность и даже отчасти оправданность советской репрессивной машины — той самой, которая лишила его близких и обрекла на нечеловечески муки. Мнение Платонова — не единственное в романе: противоположная точка зрения закреплена за его другом и антагонистом — симпатичнейшим доктором Гейгером. Гейгер — типичный либерал, убежденный сторонник идеи, согласно которой при правильном — то есть корректном и гуманном — обращении с человеком тоталитаризм становится не только не нужен, но и невозможен. Он убежден, что вся советская эпоха была насквозь бесчеловечна и, соответственно, внеположна категориями вины и безвинности.

Однако даже и этот диалог двух противоположных начал, электрической дугой выгибающийся над всем романом, не очерчивает его границ. Помимо вопросов «преступления и наказания» (Достоевский — конечно, один из важнейших смысловых субстратов «Авиатора») Водолазкина волнует тема консервации, сохранения мира в слове — неслучайно его Платонов пытается фиксировать свою жизнь максимально подробно, во всех мельчайших частностях, чтобы еще раз продлить свое существование и на сей раз оставить вербальную «копию» себя своей еще не родившейся дочери. А уже в этот сюжет вкладывается тема искусства как такового — запечатлевает ли оно действительность или создает новую, и насколько в этой связи важно, кто именно пишет, например, о грозе или комарах — будут ли у разных людей грозы и комары различными или объединятся в некую единую, непротиворечивую общность?..

Подозреваю, что созданную Водолазкиным смысловую «луковицу» можно — и нужно — раздевать еще долго, разворачивая под разными углами, рассматривая снятые слои на свет и не испытывая при этом ни разочарования, ни скуки. Конечно, механистически-безупречная китайская шкатулочка, в которой даже детективная интрига (как ни странно, она тут тоже есть) в конце концов закруглится с приятным металлическим щелчком, — это не совсем то, чего мы ожидали от автора восхитительно расхристанного «Лавра». Наверняка сейчас на Водолазкина посыплются обвинения в том, что он пожертвовал чем-то высоким ради коммерческого успеха, на ступенечку спустившись с олимпийских высот к жанровой прозе. Однако на мой взгляд, «Авиатор» — шаг не вниз, не вверх, а вбок, в сторону, прочь с натоптанной тропы. Более того, только теперь мы можем точно сказать, что в русской литературе появился новый, большой и важный писатель. Не академический ученый, однажды едва ли не случайно написавший хороший роман. Не мастер «автоматического письма», специалист по успешному воспроизводству единожды найденного приема, но настоящий писатель, способный каждый раз ловить и привораживать читателя по-разному.

 

Почитать книгу можно здесь.

 

К. Паустовский. Повесть о жизни. «Время больших ожиданий»

Приведу лишь одну рецензию  —  она отлично отражает мои впечатления от книги и написана профессионалом, о чём ещё мечтать.

Отзыв   Serovad

От многолетнего соприкосновения с человеческой кожей самое грубое дерево приобретает благородный цвет и делается похожим на слоновую кость. Вот так же и наши слова, так же и русский язык. К нему нужно приложить теплую ладонь, и он превращается в живую драгоценность.

Нет, ну мне реально в последнее время попадаются книги о предреволюционных и революционных событиях в Украине. Интересно, сколько мне еще предстоит прочитать о соседней стране? Вот и очередная, уже четвертая повесть Паустовского из "Книги о жизни" продолжает знакомить нас с жизнью в Одессе и Севастополе.

Напомню и повторю - все повести из "Книги о жизни" являются чистой воды автобиографией. Точнее чистейшей воды, незамутненной, родниковой, без примесей. Той, которую испив один раз, не забыть вовек. Вот и я в очередной раз покорен публицистическим стилем, простотой, образностью и выразительностью языка Паустовского.

На мой взгляд "Время больших перемен" интереснее трех предыдущих книг, хотя и те - самородки. Во-первых здесь наиболее близкая для меня тема. Паустовский стал сотрудником газеты, и не просто газеты, а портовой. Читай - производственной. Я сам почти всю жизнь работал в производственной журналистике, и мне было невероятно интересно узнать, как делалась такая газета едва ли не век назад. А это было невероятно, скажу я вам. Кругом разруха. Нормальной бумаги нет. Газету печатают на чайных бандеролях, и она пользуется бешеной популярностью.

Кроме полотняных удостоверений и бандерольной бумаги, у "Моряка" была еще третья особенность - множество преданных газете сотрудников, не получавших ни копейки гонорара. Они охотно довольствовались ничтожными выдачами натурой.

Выдавали все, что мог достать Кынти: твердую, как булыжник, синьку, кривые перламутровые пуговицы, заплесневелый кубанский табак, ржавую каменную соль (она тут же, в редакции, таяла, выпуская красный едкий тузлук) и обмотки из вельвета.

 Да, это ведь удивительно - начало двадцатых. Очень сложная ситуация в стране. А Паустовский пишет об этом не скрывая правды, но все равно получается очень романтично, и невольно жалеешь, почему например в той редакции, где я сейчас работаю, нет таких заводил, нет столь энергичных людей, как в одесском "Моряке". И почему при достаточной свободе творчества и не сильно сжатой авторской позиции мы не можем сделать такую газету, которую как "Моряк" расхватывали в считанные часы, а то и минуты. Да, не постесняюсь - издание, где я имею честь работать, пользуется любовью и уважением среди обычных железнодорожников. Говорю честно без всяких украшательств. А вот ажиотажа нет. Чего нам не хватает? Голода? Трудностей? Дефицита бумаги? Или нехватки зарплаты?

Ой, свят-свят. Господи прости, сейчас накаркаю, типун мне на мой длинный язык и молотом по пальцам с клавиатурой вместе!

Да, история, как делали газету, как писали и о чем писали - это безумно интересно. Но не менее безумно - и рассказ об Одессе, ее непередаваемом быте, менталитете одесситов того времени. Я никогда не был в Одессе. Я никогда не был на море (финский залив в Питере не в счет). Но я словно лично знаком с одесситами, с украинцами и со старыми евреями, и кажется, иногда начинаю говорить их языком. Я словно побывал на море и померз с Паустовским от жесткого норда, вдохнул соленый воздух. Походил по базару, остался в дураках или сам кого-то надул.

...даже в те суровые дни плутовство процветало в Одессе. Оно заражало даже самых бесхарактерных людей. Они тоже начинали верить в древний закон барахолки: "Если хочешь что кушать, то сумей загнать на Толчке рукава от жилетки".

...может быть, на всем земном шаре жизнь и течет закономерно, но что касается Одессы, то за это поручиться нельзя.

Подлинное ощущение моря существует там, где морские запахи окрепли на длительной и чистой жаре. К примеру, в Ялте этих запахов почти нет. Там прибой пахнет размякшими окурками и мандариновыми корками, а не раскаленными каменными молами, старыми канатами, чебрецом, ржавыми минами образца 1912 года, валяющимися на берегу, пристанскими настилами, поседевшими от соли, и розовыми рыбачьими сетями.

Так морем пахнет только в таких портах, как Керчь, Новороссийск, Феодосия, Мариуполь или Скадовск.

Наконец в повестях Паустовского привлекает ненавязчивая философия. Она не давит, она не довлеет. Она тонка, и тем не менее ее нельзя не принять.

Сколько раз я уже убеждался, что ничто хорошее не повторяется. Если и следует ждать хорошего, то каждый раз, конечно, не похожего на пережитое. Но человек так неудачно устроен, что все-таки ждет прекрасных повторений, ждет воскрешения своего собственного прошлого, которое, смягченное временем, кажется ему пленительным и необыкновенным.

Почти каждый уходит из жизни, не свершив и десятой доли того, что он мог бы свершить. 
Так писал Паустовский, и я верю, что он не совершил меньше.

 

Иванов А. Ненастье

 Три замечательных рецензии с livelib.ru отразили весь спектр моих эмоций от книги Иванова А..  Лучше не скажешь:

gROMilA_

Ты черпаешь ненастье большими ложками и остановиться не можешь.

Устроить себе отпуск в конце апреля. Укатить в санаторий в последнюю неделю поста. Ходить меж берёз, радоваться новеньким листикам по дороге от массажиста в соляную пещеру. Размышлять о вечном, благодарить настоящее, славить науку диетологию. Это ли не лучшее из возможного?

Но нет. Всё можно испортить. Достаточно просто взять с собой не ту книгу. Наверное, в такие места надо брать жития святых, поп-эзотерику или сказки. Важно совпадать с контекстом. Но небесный библиотекарь решил иначе и подсунул мне новый роман Алексея Пропитый Глобус Иванова под тревожным названием «Ненастье». Вы же наверняка читали о пропитом учителем Служкиным глобусе? Если не читали (что очень зря), то фильм с Хабенским точно смотрели. А год назад появилось «Ненастье» и все в один голос говорят: «Ух ты!» Решил проверить на свою голову.

В общем, это самый что ни на есть page-turner. Меня мажут грязью – я читаю, рукастые женщины мнут мне бока – я читаю. У кедровой бочки есть отверстия для рук? «Подайте, пожалуйста, вон ту книжечку!» И ладно бы книжка была разнообразная, но нет. Ты черпаешь ненастье большими ложками и остановиться не можешь. Физиологически я был на диете, ментально же я страдал жесточайшей булимией. Больше шестисот страниц я съел за четыре дня (супер скорость!), вообще то я тугочей.

Закрыл последнюю страницу в четверг, на первомай должен будет воскреснуть Христос. Но после прочитанного в это почему-то не верилось.

На протяжении повествования все основные герои медленно и безнадёжно умирают. Не обязательно в физическом смысле, а просто как бы расчеловечиваются, превращаются в нелюдей. Вы видели , допустим в кино, как человек прыгает с крыши вниз, навстречу асфальтовому ничто? (Важно оставить след на Земле? Можно выбрать и такой способ. Пятно на асфальте зафиксируют камеры местных телерепортёров.) Так и человек по жизни, вроде лезет, карабкается вверх. По пути у одного чуть отожмёт, другого слегка киданёт. По мелочи так. Но на самом деле, он уже сорвался и летит вниз. Наблюдать за этим и страшно, и нервно, и глаз не оторвать.

Дело происходит в вымышленном городе Батуеве, городе миллионнике, где-то посреди страны. Основная движуха начинается в девяностые годы прошлого века. Заканчивается всё в конце 2008 года. Сначала в одном котле варятся: афганское братство и ОПГ, кланы кавказцев и бригады спортсменов, ларёчники и челночники. Все постоянно огребают, но больше всех обычные людишки. Потом пришли новые герои: капиталисты с ГБшным прошлым, модные чиновники на люксовых тачках, финансисты готовят IPO, кто-то кого-то сливает, кто-то кого-то поглощает. Многие снова огребают, но больше всех всё те же. Что делать в таком мире бывшему афганцу, обычному водиле Герману Неволину (отличная фамилия!). Он никуда никогда не лез, мог бы как все подняться (а точнее упасть), но видно оказался не способен. И тут у него возникает план. Остаётся его осуществить и сбежать из этого вечного Ненастья.

В начале октября 1993 года, будучи школьником выпускного класса, я просидел перед включенным телевизором целый день. Шла прямая трансляция расстрела Белого Дома в совсем недалёкой Москве. На следующий день, конечно, был сорван урок истории. Мы всем классом проорали: «Юрий Ильич,WTF, что это такое вообще было?» Наш умнейший Юрий Ильич сказал, что должно пройти лет двадцать пять, прежде чем мы сможем разобраться во всём этом. Вот двадцать пять лет прошли. Мне стали попадаться книги, в которых можно прочесть ответы.

А Христос, кстати, воскрес в красный день календаря, как и планировалось. Ненастье оказалось не вечно.

  

Nightwalker

Книга о том, что большим человеком, или человеком с большой буквы, чаще бывает человек маленький. Тот, который может не добрался до вершины социальной пирамиды, но не предал себя, не оскотинился под влиянием внешних обстоятельств или модного поветрия, что кто урвал. тот и человек, а кто терпит - тот салага и ничто.

Как и "Географ" это не эталон литературы и навряд ли станет предметом изучения в школе и будет отнесён к пантеону нетленных классиков, но определённо заслуживает прочтения и своего места на книжной полке.

 

     Ещё со школы отношения с отечественной литературой, в отличие от мировой, как-то не складывались. Не понимал, не трогало тех самых струн, коих может тогда и не было. Признаться, Ахматову, Есенина и Маяковского мне заново открыли экскурсии академика Вороновой Беллы Юрьевны; Достоевского - обсуждения за фикой с бывшим проектировщиком геликоптеров в перерывах между созданием компьютерной игры по социализации сирот...

     Вот и с современной литературой начал знакомство случайно. Подруга как-то поделилась своими впечатлениями от только что показанного на кинофестивале "пропитого глобуса", среди операторов коего были её друзья. В деталях живо и ярко описала мне тонкости проделанной работы, на что следут обратить внимание, если буду смотреть фильм. Потом вместе писали тотальный диктант, который в том году составлял автор означенного романа. И вот тогда-то что-то меня и зацепило в его творчестве. Это что-то - язык повествования.    
   Невероятно многообразный, богатый метафорами и сравнениями, насыщенными эпитетами, очень живыми, не замаранными трюизмами диалогами. Каждый из прочитанных мною 2,5 романов Алексея Иванова - шедевр русского языка. "Географ" бесконечно удивляет и забавляет богатством фразеологизмов, поговорок и присказок великого и могучего, которые так ловко и остроумно использует в речи главный герой. "Золото бунта" - сборник забытых и прекрасных слов старой Руси, диалектизмов. "Ненастье" - пособие по граммотному осмысленному использованию русского мата. Так, как выражаются герои романа, не выражается даже Джигурда. Иванов заставляет гордиться русским словом как печатным, так и непечатным. Его русский матерный показывает всю убогость тех из нас, кто, объявляя мат национальным достоянием, упорно насилует три-четыре слова, не зная остальных и правильного употребления даже этих трёх-четырёх.
        Отдельная благодарность автору за диалоги. После классиков литературы (особенно недавно читанных Ремарка, Хемингуэя, Толстого... Уайльду и Б.Шоу простительно, их оправдывает жанр драматургии) с их вечно псевдофилосовствующими друг с другом персонажами, плачущими и ноющими мужчинами, которых то видите ли общество, то любимая женщина разочаровала, то вообще космом не тем местом к ним повернулся - герои "Ненастья" говорят по существу и без ханжества. Размышления о жизни сугубо про себя и простым нерафинированным языком.
        Сюжет незамысловат, но держит в напряжении до последней страницы. А периодические флешбэки из прошлой жизни героев, расстасованные по роману в лучших традициях шизофренической литературы, постепенно как мозаика собираются в общую картину причинно-следственных связей, портреты героев, их приоритетов и побудителей. Что делает человека великим (хотя бы и по меркам лишь своего круга или отдельно взятого региона) и почему величие всегда идёт рука об руку с одиночеством? Социально-статусный или личностно-ролевой характер значимости человека? Книга о том, что большим человеком, или человеком с большой буквы, чаще бывает человек маленький. Тот, который может не добрался до вершины социальной пирамиды, но не предал себя, не оскотинился под влиянием внешних обстоятельств или модного поветрия, что кто урвал. тот и человек, а кто терпит - тот салага и ничто.
         Вот и шофёр Неволин, который казалось бы всегда идёт по течению, всю жизнь на вторых ролях, выходит герой. Но не своего времени, а безвременный. Не предавать друзей, не стрелять наповал по своим, даже когда они стреляют по тебе, строить счастье близких не на костях других, но жертвуя собой. Как и "Географ" это не эталон литературы и навряд ли станет предметом изучения в школе и будет отнесён к пантеону нетленных классиков, но определённо заслуживает прочтения и своего места на книжной полке.

nata-gik

Этот роман не бьет, как пощечина, но почти мягко поворачивает взгляды в розовых очках туда, где идет настоящая жизнь.

Дети Анархии

     Странное произведение. Нет, даже не так. Произведение, которое заставляет читателя чувствовать себя странно. Я объясню вам на ощущениях. Есть книги – как море. Непростые, сопротивляющиеся, требующие от своего читателя усилий. Но стоит отдаться течению, поймать ритм, как возникает восхитительное ощущение свободы, практически полета. Есть книги – леса, загадочные, путанные, но интересные. С ними можно получать удовольствие от процесса, доверившись проводнику-автору, можно стараться внимательно наблюдать, чтобы видеть "тропинку" самостоятельно. В таких книгах главное – достойный "выращенных дебрей" финал. А есть книги – улицы. Улицы могут быть извилистыми или прямыми, широкими или сжимающимися, ровными или ухабистыми. Но главное отличие книг-улиц в том, что "пешеход"-читатель в первую очередь смотрит по сторонам, наблюдает за бытовыми сценками и вообще понимает, что происходит и куда ведет эта улица.

     Книги-улицы – это классические сюжетные романы, которые в рассказывают истории. Иванов чудесно рассказывает эти истории. Он рисует нам, читателям, очень объемную, насыщенную жизнью улицу. Несколькими штрихами обозначает мелких героев, которых пешеход-читатель пробегает мимо не останавливаясь. Автор выкладывает хоть и двухуровневую, но очень прямую и понятную дорогу. Пускает по ней читателя, задает ему хороший темп... И вдруг! Вот представьте, вы идете по тротуару, на "крейсерской" скорости, вокруг все понятно, глаз замечает все важное, взгляд устремлен на несколько шагов вперед. И вдруг вы оказываетесь по шею в сильном, тягучем море. Внезапно ритм сбивается, суть теряется, а ты болтаешься на первых словах, не понимая, что же делать дальше. Первые несколько раз я пыталась поймать этот второй "морской" темп. Но нет, они слишком быстро заканчиваются. И ты выходишь снова на буйную улицу, отряхиваясь от тяжести воды. Потом я просто бросила это дело, и на первых же строках этого "лирического озера" делала пару шагов назад, возвращаясь к реальности, и обходила его. Просто перебегала глазами на продолжение романа, минуя все эти "огненные рассветы" и "кровавые закаты". Поверьте, от этого роман станет лучше. Вот когда вы читаете, как один из героев идет на смерть (не зная того) предварительно "жахнув коньячины", а потом сразу включается "мертвый алмазный блеск свежевыпавшего снега", то чтобы от когнитивного дисснонанса у вас не скрежетали зубы и не шла кровь из глаз, лучше сохраните в себе ритм действия, а не пытайтесь вслед за автором одним абзацем создать себе трагическое настроение какого-то практически достоевского толка.

       Я не знаю, почему у нас как-то принято считать недостойными звания "большой литературы" просто рассказанные истории, без пресловутой глубины, значительности, сложности всего: героев, описаний, самого сюжета. Мне кажется, этот роман только бы выиграл, если бы Иванов оставил только сюжет. Нужно больше верить в своего читателя, который сможет вынести все важное и значительное для себя лишь из рассказанной истории, без дополнительных литературных утяжелителей. А получилось, что закиданные высокохудожественными образами, говорящими фамилиями и сверх-философской глубиной внутренних голосов нескольких главных героев роман потерял главное – свою суть, свой смысл, свой поиск и даже найденный (во всяком случае, я его увидела) ответ.

      В общем-то роман начинается с конца. То, что Иванов нам еще рассказывает историю после ограбления, нужно лишь для того, чтобы хватило времени рассказать о прошлом героев. Действительный смысл романа не в том, чтобы понять, чем закончится преступление в 2008 году, а в том, чтобы понять, как вообще герои (и мы все) пришли к этому 2008 году. А убежит Неволин, погибнет или попадет в тюрьму – это уже детали. И в этой, кажущейся мне настоящей плоскости романа Иванов делает то, что потрясло меня в "Георгафе..." – он своими словами воссоздает ту атмосферу и возрождает тех людей, которые сейчас управляют нашим настоящим. Каждый раз, когда нас удивляет что-то из настоящего, какой-то очередной принятый и очень одобряемый ограничительный закон, каждый раз, когда соц.опросы говорят, что ради "безопасности" общество готово отказаться практически от всех гражданских свобод, в эти моменты нужно открывать книги Иванова и читать диалоги его героев, обращать внимание на небольшие историйки проходных персонажей, вспоминать (или стараться представить) ту реальность. Тогда все становится понятно.

     Многие из вас помнят такое заезженное выражение "Анархия – мать порядка". В этом романе оно приобретает свой истинный смысл. Ведь в нем великолепно показана та самая анархия конца 80 – начала 90 годов, анархия молодежи, оставшейся без будущего, анархия солдат ненужной войны, анархия нерегулируемой, безумной экономики. И все ее "дети" (оставшиеся в живых сегодня) в конце концов захотели только одного – чтобы все это остановилось. Они сами, плод своей "матери", первыми предали ее идеалы. Никто не хочет, чтобы с ним сделали то же, что он творил с другими. Чтобы его путь повторили следующие. Поэтому сыны Анархии задались целью установить такой Порядок, который не позволит новой волне смыть и их. И все это при горячей и совсем не молчаливой поддержке тех, кто ничего не получил. Кроме стресса от нахождения под "перекрестным огнем". И ничего не пересилит этого страха вновь вернуться туда, где нет Порядка. Даже если он лишь прикрывает все те же битвы, несправедливости и злодейства.

         Резюмируя все вышесказанное: если вы не особый фанат Иванова, не пропускающий ни одного его произведения, этот роман можно не читать. Вы точно не узнаете ничего нового о той эпохе (чего не написал сам Иванов или не показали обе части фильма "Бумер"), вы не откроете новых аспектов литературного мастерства автора, но зато потратите немало времени. Но он определенно хорош в одном – он отлично возвращает к реальности. Особенно тех, кто живет в бытийных кластерах XXI века, не выезжая географически дальше ТТК Москвы, не включая телевизор, работая в коворкингах, посещая митбольные. Этот роман не бьет, как пощечина, но почти мягко поворачивает взгляды в розовых очках туда, где идет настоящая жизнь.

 

И. С. Шмелев . СОЛНЦЕ МЕРТВЫХ 

"…Самый русский из всех русских писателей…"  Константин Бальмонт.

Книгу нельзя читать спокойно. Наверное потому, что кромешный ужас, отчаяние, безысходность описаны удивительно красивым и поэтичным слогом. Эту книгу читать тяжело, но необходимо. Очень рекомендую послушать аудиокнигу в исполнении  Константина Смирнова.

"Мало их было, тех кто мог написать. Кто смог исторгнуть из себя ужас пережитого, а написать хорошо в литературном смысле и того меньше. Так бы и канули события в легкомысленной человеческой памяти. «Придет время, прочтут…» Не очень то читают. Проще не помнить. И не болеть памятью". 

 СОЛНЦЕ МЕРТВЫХ И. С. Шмелева - одна из самых трагичных и в то же время поэтичных книг в мировой литературе XX века. Писатель с библейской простотой описывает захват Крыма красными и "новый порядок" жизни. Но за внешними переменами взгляд художника различает большее: начало Апокалипсиса, глобального разрушения мира и человека. И все же книга оптимистична по духу. И в этом ее глубокая тайна. 

 «Эта замечательная книга вышла в свет и хлынула, как откровение, на всю Европу, лихорадочно переводится на „большие“ языки…
Читал ее за полночь, задыхаясь.
О чем книга И. С. Шмелева?
О смерти русского человека и русской земли.
О смерти русских трав и зверей, русских садов и русского неба.
О смерти русского солнца.
О смерти всей вселенной, — когда умерла Россия — о мертвом солнце мертвых…» Так писал о книге Иван Лукаш  в 20-е годы 19-го столетия.

Несколько отзывов с livelib.ru

serovad 

Париж?! Какой-то Булонский лес, где совершают предобеденные прогулки в экипажах, - у Мопассана было... - и высится гордым стальным торчком прозрачная башня Эйфеля?! .. гремит и сейчас: в огнях?!! и люди весело и свободно ходят по улицам?!.. Париж... - а здесь отнимают соль, повертывают к стенкам, ловят кошек на западни, гноят и расстреливают в подвалах, колючей проволокой окружили дома и создали "человечьи бойни"! На каком это свете деется? Париж... - а здесь звери в железе ходят, здесь люди пожирают детей своих, и животные постигают ужас!..

Да-а-а, друзья мои, чтобы писать отзыв на такую книгу, надо духом собраться не в меньшей степени, чем если бы это были "Война и мир" или "Мастер и Маргарита". Книга пронзительная, острая, ранящая. Больно. Очень больно. Может быть, так же бывает больно, когда тебя вживую режут? Не знаю, не резали. Но больно. А ведь сначала не нравилось, и я думал - не прекратить ли? Трудно дается содержание, являющееся ни чем иным, как потоком сознания, потоком мысли. Мы думаем именно так - словами и отрывистыми мыслями, и образами. Наша речь никогда не напоминает законченную речь оратора. А если напоминает, значит пора к врачу. Вот и тут мысли, мысли, мысли... больно... 

Godefrua 

Читать это невыносимо больно. Но нужно. Что бы понимать родовую муку рождения советского человека. Что бы понимать какие человеческие качества, ценности и привычки были выхолощены как ненужные и неуместные. Чтобы понимать цену достижениям советского народа. Чтобы понимать из чего выросли новые идеалы и сложилась сегодняшняя реальность. Это про людей, которые не подошли для селекционного отбора по формированию нового человека. Про то как они умирали. Медленно, холодно, голодно и в тяжелых раздумьях.

Это про людей, которые могли бы подойти для отбора и про то как они умирали. Это про людей которые убивали. Их скорее всего сожрет породившая их мать-революция, но это потом. Не в этой книге. Это про детей, которые выживут в первобытных реалиях существования и станут материалом для селекции. Это про животных, чьими обглоданными костями укрепится почва Крыма.

Это про землю, которая перестала рожать, потому что перенасытилась человечьей кровью. Кровью тех, кто ее возделывал. Землю, которая долго будет ждать заботливые руки. Это про растения, которые своим природным устройством не вписывались в понимание новых человеческих потребностей. Которые бросали вызов богатством своих плодов. И поэтому вырубались. Что бы не было богатых.

Это про дома, конструкции и обустройство которых были разобраны, перетасованы, растащены. Про дома, которые не уберегли своих хозяев. Которые не стали крепостями. Которые потом будут раздаваться за заслуги новым человекам, прошедшим селекцию. Это про вещи. Ношенные, тертые, со своей историей, и которые нашли новых хозяев по всему миру, оставив прежних голыми.

Это про камни, скалы, которые не хотели обрушиться и избавить от мучений участников, виновников и свидетелей тех событий, несмотря на их мольбы. Не было такого? Все врут календари? Так как же ему быть, если написано мало, тихо, спрятано, если писать то и некому было. Не было событий? Или поделом простым обывателям не подходящим под признаки голодных пролетариев? Против тонн текстов благополучного становления новой власти - считанные единицы трудов отмирающих неугодной части населения.

 

sher2408 

Боль и смерть, непрекращающиеся страх и страдания, дни которые тянутся вечно, мысли и сны, сводящие с ума, голод и кровопролитие, братоубийство, и никакого просвета впереди – одна безнадега… Теплится жизнь, превратившаяся в лохмотья, не подлежащие починке… И нет надежды, нет утешения, только лента Мёбиуса, с которой невозможно сойти… Такая знакомая реальность гражданской войны… Эпопея подобна половодью чувств, отраженному на бумаге. Страшная, тяжелая, мучительная книга об омертвении души, происходящем от безысходности, о расчеловечивании. Потрясающая книга, написанная слезами… 

 Книгу можно почитать здесь

Аудиокнигу можно послушать здесь

Биография Шмелёва И.

 

И.С. Шмелёв. Лето господне

    В этой замечательной автобиографической книге перед читателем предстает старая Москва, увиденная глазами ребенка, раскрывается мир русского человека, жизнь которого проникнута православным духом и согрета христианской верой. 

Только прочитав Лето господне, можно до конца понять, какую Россию  мы потеряли. И о чём его Солнце мёртвых. Обязательно прочитайте обе книги!

И как всегда, целая гирлянда замечательных, глубоких рецензий: 

 alenenok72

Изумительная книга. Не книга, а песня. И почему так получилось, что Я так долго до нее добиралась? Исполнение Герасимова только усиливает музыкальность языка, такое ощущение, что не книгу слушаешь, а песню. Недаром говорят, что Герасимов очень подходит для русской классики. Книга воспоминаний. И таких теплых-теплых.

И не только потому, что мы вспоминаем только хорошее, а, как известно, "раньше травка была зеленее". Нет. Просто ребенку действительно было среди окружавших его людей было хорошо. потому что люди были честные, работящие. Думающие о других. Не без недостатков, нет. Самые обычные люди. И так хорошо уклад описан.

У меня было почему-то ощущение, что Я читаю про свою бабушку и ее отца. Нет, они были крестьяне, не подрядчики и даже не горожане, там был свой уклад, но в чем-то он пересекался. И в частности в православной Вере. Именно с большой буквы. Не была она формальностью, не была она уделом темных людей, как нам пытались внушить. Она была неотъемлемой частью светлых людей в то время. Именно частью, ее от них нельзя было отделить. И очень хорошо это в книге показано. И понятно, а почему пост - это радость.

К сожалению, утеряно многое в наше время. Но когда читаешь, то понимаешь, а как оно должно быть. И переживания мальчика показаны. Причем очень сильные. И как он справлялся с ними. Замечательная книга. 

 

lorikieriki

«Что пройдет, то будет мило»  А. С. Пушкин . Эти слова как нельзя лучше подходят для описания этого произведения Шмелева. И тема благодатная – воспоминания о детстве. Там всегда солнце, там всегда тепло, всегда праздник. Перед нами предстает быт московской зажиточной семьи, глазами мальчика наблюдаем мы за жизнью родителей и близких, за жизнью слуг и работников, жизнью всей Москвы.

При этом все повествование пропитано глубокой духовностью и светом. Понятно, что картина эта идеализированная, во многом преувеличенная, приглаженная. Но ведь не лживая. Ведь жили тогда многие люди именно так – с уважением и почтением относились к своей семье, к своим слугам, ко всем людям. Где надо, суровости подпускали, когда надо – прощали и проявляли понимание. Во многом, благодаря вере, врожденной нравственности и справедливости, и благодаря передаваемым из поколения в поколение традициям.

Удивительно, насколько доверительно мальчик в этой атмосфере выстраивает свои отношения с Богом, насколько глубоко религия переплетается с обычной жизнью. Не скрою, однако, что вчитываться и вообще читать было тяжеловато. Как такого сюжета или действий практически нет, движение вперед не слишком значительное, а все произведение состоит, скорее, из впечатлений, ощущений, картинок и зарисовок той далекой пасторальной жизни. И не то чтобы мне не понравилось совсем, но настроение, видимо, было какое-то не то. Не смогла погрузиться до конца в повествование. Но все равно сам язык нельзя не отметить, сочный образный язык, каким прекрасно владеет Шмелев. А уж после его описаний разных яств оттаскивать себя приходится от холодильника. 

Lihodey

Меня трудно назвать человеком, глубоко верующим по православным канонам, и по всему выходило, что "Лето Господне" должно было бы даться мне с большим трудом, но, как ни странно, нет. Мало того, что книга прочиталась на одном дыхании, я еще и получил незабываемое удовольствие. Какой сочный и богатый язык у Шмелева, очень все ярко и искренне вышло. Настолько, что книга получилась не просто реконструкцией прошлого семилетнего мальчика, а полноценным вторичным переживанием во всей своей красе и полноте.

 Хотелось бы отметить, как заблуждался господин Островский, описывающий в своих произведениях быт купеческой среды, как "темное царство", полное лицемерного благочестия. Шмелев, не скрывая недостатков, дает нам взглянуть на картину жизни целого сословия изнутри, и мы видим, что, благодаря соблюдению исконно русских традиций и обычаев, внутренняя культура героев книги, лишенных практически всякого образования, тем не менее, находится на высоком уровне. Книга, наполненная каким-то особенным русским духом, с богатым и "вкусным" художественным языком. 

belskaya-mariya

Плакала Не люблю плакать. Даже когда наедине с собой. Я сильная, да-да. А тут сначала до слёз наслаждалась красотой душедшего мира, мотала на ус идеи рецептов для постов и праздников. А потом... потом просто плакала. В одном месте с большим трудом подавила дикое желание заголосить. Вот так, как наши прабабушки по своим прадедушкам.

И будто с одним человеком умирала и совсем умерла вся та Россия. Всё то удивительно светлое, добродушное, глупое, но очень мудрое при этом. И от этого хотелось забиться далеко и глубоко и долго, из самой глубины рыдать.

 Книга удивительно красивая и сочная. И сытная. За один присест больше нескольких страничек не одолеешь, наедаешься. Поэтому чтение растянулось надолго, и оно того стоило. Непременно буду перечитывать те, светлые страницы. Помня с тоской о последних. 

 

Zelenoglazka

Шмелев пишет просто чудесно. Вначале читалось чуть затянуто, но мало-помалу повествование развернулось и потекло широким привольным потоком - и захочешь вынырнуть, да не сможешь. Книга о детстве, но особенная. Мы не найдем в ней описания шалостей, приключений, веселых игр - зато как много о церковных праздниках, молитвах, постах, работе и досуге взрослых! Но роман писался в эмиграции. Поэтому из каждой строчки так и сочится тоска по милому Замоскворечью, мирному купеческому быту, где религия и православные обычаи - главное в жизни. Здесь, конечно, многое идеализировано. Как эмигрант, Шмелев видел в дореволюционной России и патриархальном укладе только светлые стороны. Каких-либо трудностей он просто не замечает, либо не помнит. И люди, окружавшие его в детстве, как чудесно, по-доброму они выписаны! Горкин, Василь Василич, Аннушка, прочие работники - все они ласковы, великодушны, преданы своим хозяевам, живут вполне пристойно... А образ отца - прекраснейшего, святого человека! Так ли было на самом деле? Трудно сказать. Может быть, в семье Шмелевых и правда было все идеально - и дружно, и свято, и работники на них молятся, и все друг друга обожают. А возможно, мальчик, рано потерявший отца, в своем воображении наделил его этой идеальностью? Но при всей этой чрезмерной благости, читается необыкновенно приятно и светло. Здесь столько воспоминаний-ощущений! Запахов, звуков, солнца, пения, молитв, ласковых слов... Столько патриархального, степенного замоскворецкого быта! Это в прямом смысле слова Счастливое Детство - по крайней мере, таким оно навсегда осталось в памяти автора. 

 

Зисман В. Путеводитель по оркестру и его задворкам

    "Эта книга рассказывает про симфонический оркестр и про то, как он устроен, про музыкальные инструменты и людей, которые на них играют. И про тех, кто на них не играет, тоже. Кстати, пусть вас не обманывает внешне добродушное название книги. Это настоящий триллер. Здесь рассказывается о том, как вытягивают жилы, дергают за хвост, натягивают шкуру на котел и мучают детей. Да и взрослых тоже. Поэтому книга под завязку забита сценами насилия. Что никоим образом не исключает бесед о духовном. А это страшно уже само по себе. Но самое ужасное — книга абсолютно правдива. Весь жизненный опыт однозначно и бескомпромиссно говорит о том, что чем точнее в книге изображена жизнь, тем эта книга смешнее. Правду жизни я вам обещаю. " Зисман В.

     Замечательная, умная, познавательная, смешная книга. Обаятельный автор, умница. Пожалуй, читается не всегда легко,  плотность тонкого, профессионального юмора (а чаще, просто стёба) на одну страницу зашкаливает. Слушал , как всегда аудиокнигу и впервые усомнился в преимуществах этого формата - оценить все оттенки лёгкого сарказма просто не успевал, возвращался к прослушенному дважды.      Как ни старается автор адаптировать текст для простого читателя, а нехватка знаний в данной области мешает насладиться текстом сполна, - только профессионалы оценят всю его прелесть. Системы в повествовании  маловато, повествование достаточно сумбурно.

    Но всё перечисленное не помешало прослушать "путеводитель"  до конца с огромным удовольствием. Я и раньше уважал труд музыкантов, после этой книги  смотрю на них как на волшебников. И ещё очень хочется на концерт, в оперу, в театр чтобы увидеть и услышать то, о чём так увлекательно пишет автор.

 mashul4a

       Ощущения от первых 40-50 страниц этой книги лучше всего передать можно словом "эйфория": искрометный юмор, интеллектуальность и мое любимое - описание внутренней кухни совершенно новой для меня сферы людской жизнедеятельности, ибо все эти си-бемоли для меня не более, чем пустой звук. но это ни в коей мере не помешало наслаждаться чтением.

   Самое лучшее, что можно сделать с этой книгой - это превратить ее в мультимедийный комплекс, позволяющий посмотреть-послушать все произведения и их части, упоминающиеся в тексте. ну или, на худой конец, аудиокнига со звучащими на заднем плане фрагментами. и это уже будет совсем не "танцевание об архитектуре", а полноценный путеводитель по оркестру. от слова "триллер", так бросающегося в глаза в аннотации, шли какие-то смутные ассоциации с битым стеклом в пуантах балерин и все в таком духе. но нет, тут все по-доброму, очень по-русски со всеми вытекающими клюквами (ну разве что кроме медведей). водка и балалайка, разумеется, в наличии :) очень жаль, что об авторе крайне скудная информация в интернете, мы должны больше знать о наших талантах! 

Большое Вам спасибо за добрые слова о книге.
В комментарии Вы высказали чрезвычайно проницательные мысли по поводу аудиокниги. Дело в том, что такая уже существует. Я для неё сделал фонограммы с посекундными привязками к тексту. Но законы об авторском праве сделали реализацию этой идеи совешенно невозможной, увы :(

Burmuar

     Слушайте, а ведь и в голову не могло придти, что книга о симфоническом оркестре (при чем совершенно не художественная, без сквозного сюжета и главного героя, который встречает на своем жизненном пути разнообразные коллизии и немножко играет в оркестре) может так прийтись ко двору. Дело в том, что я довольно спокойно отношусь к музыке. То есть я ее вроде как люблю, но не настолько, чтобы предпочесть ее аудиокниге. Ну, есть у меня такое. Но в том, что музыканты - люди неординарные, я никогда не сомневалась. А уж то, что музыкальные инструменты - штука сложная, подозревала всегда. Но что аж настолько!

     Так к чему я это все? А вот к тому, что даже если вы так же далеки от музыки, как я, и вам, как мне, медведь наступил на ухо, книга лишней не будет. Она очень яркая, очень позитивная. А слушать ее в аудио- варианте - одно удовольствие, хотя, подозреваю, кое-что без обещанных в предисловии автором иллюстраций я потеряла, но тут уж печалиться - бога гневить. Ведь в процессе чтения-слушания в основном только то и делала, что улыбалась, чего и вам желаю. 

     Очень увлекательная книга, даже для читателя, бесконечно далекого от мира музыки. А уж для музыканта или меломана, наверняка, будет замечательным подарком, даже несмотря на сравнительно невысокое качество печати. Веселый, задорный, легкий, с тонкой иронией рассказ об изнанке симфонического оркестра, об эволюции музыки, изобилующий байками из жизни музыкантов. Читаешь на одном дыхании, испытывая разочарование лишь в конце, когда книга все-таки заканчивается.
Приведу в качестве иллюстрации несколько особо понравившихся фрагментов:

«Сложившаяся практика и жизненный опыт поколений говорят также, что если ты перед самым концертом заметил, что ботинки на тебе не черные, то, как правило, достаточно надеть носки поверх ботинок».

«Взмах руки – и оркестр заиграл. Или нет. Но, как правило, да. Сигнал пошел от дирижера в оркестр. Какой сигнал и какого качества – зависит от дирижера. Но есть одна маленькая закономерность: чем больше дирижер работает на публику, тем меньше шансов у оркестра добраться до конца произведения без потерь. Если все, конечно не выучено до полного остекленения. Но все равно, конечно, без гарантий».

«Когда маленьких детей начинают учить музыке, они еще ничего не понимают. Когда начинают соображать и пытаются выдернуть чуть подросшую ручонку из сильных мозолистых от постоянного употребления педагогического реквизита рук родителей и учителей, как правило, уже поздно: подал надежды – терпи».

 

Alice

      Когда автор пишет о том, о чем знает не понаслышке, – это прекрасно. Если он пишет еще и увлекательно, ухитряясь быть понятным не только коллегам, но и любому прохожему, – это прекрасно вдвойне. Таких книг на свете не много, и мне очень повезло найти ту, что связана с одной из самых притягательных для меня областей человеческой жизни. Когда-то я лихорадочно собирала всё, что связано с оркестровым закулисьем – читала форумы в интернете, знакомилась с музыкантами, ловила редкие телепередачи вроде ток-шоу «Оркестровая яма».

       Но закулисье все равно оставалось темным, лишь освещалось отдельными вспышками то тут, то там. А «Путеводитель по оркестру и его задворкам» Владимира Зисмана будто включил софиты под потолком. Хотя нет, софиты – они для театрального, напоказ; а тут – самая настоящая жизнь. Так что пусть будут лампы, теплые такие, домашние.

       О том, что книга одновременно смешная и серьезная, не написал, наверное, только ленивый, ведь «Путеводитель...», появившись в магазинах совсем недавно, быстро стал бестселлером. То, что книгу можно читать с любого места и в любом направлении, а также цитировать и подсовывать друзьям, – тоже говорили. Так что я снова о своем. Я часто хожу на симфонические и камерные концерты, и мне всегда интересно наблюдать за музыкантами перед выступлением и в перерыве. О чем они думают, что обсуждают с соседями по сцене и что происходит, когда они, дослушав аплодисменты, уходят в эти широченные двери?
          Думаю, что теперь я знаю.

 

Злобин Николай - Америка... Живут же люди!

    После прочтения этой книги станет окончательно понятно, что никто из нас не знал о том, как живет Америка и как жить в Америке. Живые зарисовки автора о том, как устроена жизнь простых американцев от ежедневных бытовых вещей до принятия больших решений. Например, регистрации автомобиля или выбора школы для детей; покупки дома или аренды жилья; механизма поступления в колледж или поиска работы и выбора президента или губернатора. От отношения людей к сексу и большой политике до ежедневной домашней жизни и стандартных проблем, с которыми сталкиваются все, кто живет или приезжает в США. 

Alexeysem

Книга очень интересная, я узнал много нового. Всё-таки, Америка очень замкнутая страна, большая часть их жизни до нас не доносится никак, или долетает в сильно искажённом виде, в т.ч. стараниями пропаганды, что их, что нашей.

Поэтому я был рад возможности узнать, что у них там внутри. Мне особо понравилось, что Николая Злобин пытается понять и дать историческую перспективу: почему всё именно так, а не иначе. Заметна серьёзность подхода.

Автор, конечно, не без розовых очков, и некоторые его обобщения, особенно те, за которыми не стоит личного опыта, – вызывают очень большие вопросы. Так что, на слово верить нельзя, надо включать мозг. Ну да это везде так, с любой книгой.

В целом, книга очень взвешенная и продуманная и к тому же очень познавательная. Рекомендую.

autoreg856105076

   Хорошая книга. Для первого знакомства с США – самое то. Систематизирует и объясняет многие отрывочные знания про США.

glg13

    Очень интересный, объемный взгляд русского человека, пожившего там достаточно много времени, на разные аспекты жизни в Америке. Думаю, полезно прочитать всем кто интересуется Америкой, кто там не был и может быть собирается туда поехать, да и просто тем, кто имеет о ней предвзятое мнение.

Марк Каганович

 Уважаемый Николай Злобин, 
   Огромное спасибо за отличную книгу. Прочёл с большим интересом и удовольствием. Особенно понравилась мудро-доброжелательная интонация. Я прожил в NY 24 года, из них 20 лет проработал на городской службе, и вот уже 3 года как на пенсии. Поражаюсь, Вашему таланту глубоко проникнуть в мельчайшие детали повседневной жизни американцев. Всё, с чем я сталкивался в своей жизни в Америке, нашло полное и точное отражение в Вашей книге. Всем моим друзьям и в России и здесь, в Америке, я настоятельно рекомендую её прочесть. 
   Ещё раз спасибо. 
  

 Отличное представление о книге даёт её оглавление:

  1. Николай Злобин Америка… Живут же люди!
  2. Введение
  3. Глава 1 Америка – плавильный котел
  4. Что надо знать об Америке в первую очередь
  5. Американцы – сколько их?
  6. Самое пестрое общество мира
  7. Европейцы Америки
  8. Азиаты Америки
  9. Евреи Америки
  10. Небольшие, но влиятельные диаспоры
  11. Русские в США
  12. Конфликт поколений в семьях иммигрантов
  13. Российские проблемы на американской почве
  14. Приемные русские дети Америки
  15. Мог ли Терминатор стать президентом США?
  16. Глава 2 Американское детство
  17. Американец родился
  18. Аборты – большой вопрос американской политики и менталитета
  19. Бебиситтер – первый воспитатель и первая работа
  20. Детство без бебиситтера: детские сады и летние лагеря
  21. Лагеря и школы для непослушных детей
  22. Бойскауты и герлскауты США
  23. Свободное время юного американца
  24. В торговые центры!
  25. Детский спорт
  26. Чемпионаты по орфографии и умению убеждать
  27. Глава 3 Американец учится
  28. Американец идет в школу
  29. Школа: здание, учебники, форма
  30. Желтые автобусы – символ Америки
  31. Стрельба в школе
  32. Хулиганы
  33. Где школа лучше?
  34. Из школы – в университет
  35. Чему и как учат в унверситетах США
  36. Глава 4 Американский патриотизм
  37. Патриотизм плавильного котла
  38. Исторические корни американского патриотизма
  39. Сокровища американской глубинки
  40. Антикварный рынок США: памятка туристам и коллекционерам
  41. Местный патриотизм – основа патриотизма всей страны
  42. Американцы в мире
  43. Американский спорт – игры патриотов
  44. С флагом и значком
  45. Глава 5 Американский дом
  46. Сабурбия – мечта бебибумеров
  47. Что такое «хороший район»?
  48. Тупик – мечта американца
  49. Хорошие районы – не для чужаков и тусовщиков
  50. Квартира или дом. Покупка или аренда
  51. Американский дом: место для жилья
  52. Сделано не на века
  53. Домашняя безопасность
  54. Погода внутри и снаружи американского дома
  55. Вода – важный показатель качества жизни
  56. Как меняли трубу в моем доме
  57. Свой бассейн – удовольствие с головной болью
  58. Выбор и инспекция дома
  59. Главное – поторговаться
  60. Кому не дадут купить жилье
  61. Жить в городе – жить по-европейски
  62. Жилищная проблема решена. Бездомные остались
  63. Глава 6 Нация, легкая на подъем
  64. Американец и его автомобиль
  65. Дороги и дорожная полиция
  66. Автомобильные тонкости
  67. Общественный транспорт
  68. Назад в родной город
  69. Глава 7 Нестоличная столица
  70. Вашингтон – политическая столица мира
  71. Бесправные американцы
  72. Почему Вашингтон не может расти
  73. Площадь Сахарова
  74. Столичные геи
  75. Глава 8 Американцы на работе и дома
  76. Сколько американцы работают?
  77. Воскресенье – день для бога, семьи и друзей
  78. Рабочая неделя американца
  79. Четверг и пятница – уже уик-энд
  80. Почему американцы такие шумные
  81. Своими руками
  82. Американец в ресторане
  83. Что выпить за ужином?
  84. Американец смотрит телевизор
  85. Американец платит налоги
  86. Правила шопинга
  87. Кредитные карточки и банковские счета
  88. Глава 9 Работа в Америке: памятка для иностранцев
  89. Сложнее и проще
  90. Вечный контракт и академическая свобода
  91. Что надо иметь в виду?
  92. Конкуренция и вне конкуренции
  93. По гамбургскому счету
  94. Как менялось отношение к россиянам
  95. Глава 10 Американские СМИ: всегда в фокусе
  96. Есть ли свобода СМИ в Америке?
  97. Слово, которого нет в русском языке
  98. Американская очередь
  99. Право знать и право не знать
  100. Звезды
  101. Первые леди, первые семьи
  102. С женой или со страной?
  103. Короли и преступники
  104. Глава 11 Взлеты и провалы американского здравоохранения
  105. Медицинская страховка
  106. Что стоит знать о страховке
  107. Вылечат всех. Но потребуют денег
  108. Курить или не курить?
  109. За всем – в аптеку
  110. Инвалиды и пенсионеры
  111. Послесловие
  112. Примечания

 

 

 

Акунин Б. Жизнь замечательных людей и зверей. Короткие истории о всяком разном

Описание книги

«Люди нередко влюбляются в кого-то с одного взгляда. Мы, литераторы, способны влюбиться с одной фразы. Так со мной и произошло. Я влюбился…»
Но ведь мы, читатели, тоже на такое способны. В новой книге Бориса Акунина собраны исторические миниатюры, которые вас удивят, обрадуют, заставят задуматься, а может быть даже «выведут из зоны комфорта». Жизни замечательных (а порой и самых обыкновенных – на первый взгляд) людей и зверей так точно передают настроение и колорит прошлых времен, словно перед нами диковинный калейдоскоп необычайных событий и поразительных персонажей.

Я тоже влюблён и давно ... в творчество Акунина Б. Считаю его лучшим из современных авторов. Однако отзывов, созвучных моему восприятию этой книги , пришлось поискать  - большая часть  читателей оценила её вяло. А я получил огромное удовольствие  и от лёгкого, изящного языка, и от его умных, оригинальных оценок описанных персонажей и событий. И конечно рекомендую всем в виде аудиокниги в исполнении Александра Клюквина. Его  манера исполнения, голос , мастерство - идеально сочетаются с этой Акунинской "шуткой гения". Пожалуй, бумажный вариант книги меня тоже бы порадовал - там множетсво иллюстрафий и фотографий тех удивительных его  персонажей, которые,  порой, кажутся нереальными.

 

tatyanaoav

Отзыв: Книга "Жизнь замечательных людей и зверей" - Борис Акунин - Чрезвычайно увлекательно и познавательно.

Достоинства:

Много интересных фактов, легкий элегантный стиль повествования

Недостатки:

Очень мало о жизни замечательных зверей

Поскольку читаю у Акунина все подряд, приобрела очередную новинку. И не пожалела. Автор всегда славился хорошей речью, но здесь он, пожалуй, превзошел себя. Книга состоит из маленьких рассказов о разных исторических личностях (и немного - о животных), которые по какой-либо причине были интересны автору. Правда, не всегда в хорошем смысле. Есть описания и законченных негодяев, а также весьма неоднозначных персонажей.

 

Дополнительное название книги: "Короткие истории о всяком разном". Здесь все идет вперемешку - Франция, Англия, Япония, Индия. Наш век и времена более отдаленные. Автор "выкапывает" редкие исторические факты и фотографии и делится всем этим с читателем. Но не просто излагает, а в некоторых случаях еще пытается проанализировать, почему тот или иной человек стал именно таким, каким его запомнила история? Почему вчерашний герой освободительного движения через несколько лет превратился в карателя, а вчерашний "маленький человек" стал настоящим героем.

 

Понравилось и то, что Акунин по поводу всех исторических событий и их участников высказывает сугубо личное мнение. Иногда оно близко к общепринятому, иногда - не очень, а то и вовсе нет. Много внимания автор уделяет людям, которые вызывают его восхищение. И еще понравилось, что в книге довольно много упоминаний о том, как в разных странах относятся к памяти "своих героев дней ушедших". Оказывается, в азиатских странах (Индия, Япония) их чтят гораздо больше.

 

О зверях написано немного. Очень растрогало повествование об индийской служебной собаке Занджир, искавшей взрывные устройства и о благодарности местного населения, которое вспомнило пса спустя 20 лет после его подвига. Еще в книге есть краткое упоминание о львице, героине когда-то нашумевшего фильма "Рожденная свободной".

 

Но больше всего мне понравился рассказ о бегемотах и крокодилах, которых Акунин, оказывается, просто обожает. С изумлением узнала, что в московском зоопарке бегемотов больше нет (во всяком случае, не было в то недавнее время, когда зоопарк отмечал свой юбилей). А на крокодилов автор в это же время, чтобы освежить впечатления детства, вдоволь насмотрелся и щедро поделился наблюдениями. Не могу напоследок не привести цитату: "Одна тупорылая крокодилица (это не оскорбление, а видовое название) была особенно хороша. Сидит такая скромная, юная, прелестная, прямо Наташа Ростова!". Вот так-то!

 

 Hatcheshka 

Григория Шалвовича Чхарташвили я люблю очень давно, причем во всех его творческих обличьях. Благодаря книге " Жизнь замечательных людей и зверей" у меня сложилось впечатление близкого знакомства с автором. Он рассказывает различные истории обо всем- о путешественниках, об исторических персонажах, о людях с яркой судьбой и о животных с удивительным нравом. Некоторые из рассказов я забыла почти сразу, а персонажи других очень приглянулись. Среди таких истории об аббате, который лишился дара речи, о хитреце. Поливанове, о серийной убийце Белль Ганнес, о женщине- робин гуде и старушке- жестокой ассоциальной предводительнице банды.Я читала эту книгу и очень, очень много гуглила- часть героев казалась вымыслом, о ком- то хотелось узнать подробнее.

Рекомендую для чтения между делом, для отдыха от книг с запутанными сюжетами и вымышленными мирами.

 

kreinberry

 Идеальная книга для того, чтобы ненадолго отвлекаться от работы, читать по паре историй на ночь, узнавать (и, скорее всего, сразу забывать) новое о исторических личностях.

В лучших традициях графомана Акунина написано идейно, с любовью о разных-разных людях (ну правда, совершенно разных). Много иллюстраций.

 

 Наталья Муравьёва

 После прочтения этой книги у меня двоякое чувство - с одной стороны, рассказы хоть и короткие, но интересные и описывают незаурядных личностей, что вдохновляет на размышление. С другой стороны - мне очень не нравится этот "блогерный" стиль и язык нового Аккунина. Достаточно короткие предложения, разговорный стиль, немного развязное обращение автора к читателю , все это подходит для блога, но когда читаешь такую иллюстрированную книгу с шикарной полиграфией и отличной бумагой хочется гораздо большего. С тоской вспоминаю какой удивительно образный и емкий язык был в первых книгах о Фандорине и впоследствии о Николасе фон Дорне ... и продолжаю по привычке ждать от любимого автора новых произведений.

 

Акунин Борис. История Российского государства. Царь Петр Алексеевич. Азиатская европеизация

Слушать Акунина, да ещё в озвучке Клюквина - наслаждение. Тексты Акунина завораживают.

Аннотация

      "Тридцатилетие, в течение которого царь Петр Алексеевич проводил свои преобразования, повлияло на ход всей мировой истории. Обстоятельства его личной жизни, умственное устройство, пристрастия и фобии стали частью национальной матрицы и сегодня воспринимаются миром как нечто исконно российское. И если русская литература "вышла из гоголевской шинели", то Российское государство до сих пор донашивает петровские ботфорты. Эта книга про то, как русские учились не следовать за историей, а творить ее, как что-то у них получилось, а что-то нет. И почему".

     «Царь Петр Алексеевич» – это продолжение самого масштабного и амбициозного проекта десятилетия от Бориса Акунина! Велик ли был Петр Великий? Есть лишь четыре крупных исторических деятеля, отношение к которым окрашено сильными эмоциями: Иван Грозный, Ленин, Сталин – и Петр I. Доблести Петра восхвалялись и при монархии, и в СССР, и в постсоветской России. «Государственникам» этот правитель импонирует как создатель мощной военной державы, «либералам» – как западник, повернувший страну лицом к Европе.

     Книга создана для людей, которые хотят лучше узнать историю России, но сложно воспринимают академическую подачу. Создавая проект, Борис Акунин преследует цель - просто и доступно пересказать историю объективным свободным диалектом. При этом литературовед изучал численные источники, сравнивал информацию, а сомнительные или неподтвержденные данные отсеивал.

   Ориентиром доступного и легкого для восприятия изложения стала аналогичная работа Николая Карамзина.

О серии

Первый том «История Российского Государства. От истоков до монгольского нашествия» вышел в ноябре 2013 года. Вторая историческая книга серии появилась через год. Исторические тома проекта «История Российского Государства» выходят каждый год, поздней осенью, став таким образом определенной традицией. Третий том «От Ивана III до Бориса Годунова. Между Азией и Европой» был издан в декабре 2015 года. Четвертый – «Семнадцатый век» в 2016 году, и вот пятый – «Царь Петр Алексеевич» – в конце ноября 2017. 

 

Отзывы читателей

Anasiz 
     Спасибо огромное! Заждались!!!
Вот рассмешили господа, так называемые, патриоты! Нам всю жизнь преподавали лакированную и приглаженную под государственную идеалогию ИСТОРИЮ... Вот уж где была сплошная беллетристика!!! Неужели не интересно умного человека послушать? Я так понимаю, что Родину любить нужно со всеми ее недостатками... Тем грандиознее подвиги ее защитников...

      Чем они все время возмущаются? Такое впечатление, что даже не читали... Человек, который не любит свою Родину, не потратит огромный кусок своей жизни на такой грандиозный труд по изучению ее ИСТОРИИ... Спасибо ему за это!!!

 

Count_in_Law
     Разумеется, не следует воспринимать Великую Северную войну как конфронтацию предположительного эпилептика с предположительным аутистом. Среди абсолютных монархов люди с совершенно нормальной психикой вообще редкость - такой уж нездоровый образ жизни.

    Несмотря на название 5-го тома "ИРГ", у этой книги два главных героя - первый российский император Петр I и последний абсолютный шведский монарх Карл XII. И это, на удивление, идет произведению только на пользу. Как ни крути, о фигуре Петра Алексеевича написано много, его военные походы и государственные преобразования накрепко засели у многих в головах еще со школьных уроков истории и посещений Петербурга (такая уж яркая эта личность), а вот заморский правитель оказался настоящим открытием. Это безумно интересный и неожиданный персонаж, со своими странностями, но в любом случае очень далекий от картонного образа очередного шведского завоевателя. Наблюдать за его талантливыми чудачествами и "личностными аномалиями" (эту характеристику автор использует применительно к обоим монархам) на протяжении первой половины книги мне было очень интересно. Можно сказать, случился приятный бонус там, где не ждали.

     В остальном всё примерно как всегда. Для историков снова вторично, для обывателей - познавательно и нескучно, точно без ухода во вранье и перекосов в сторону какой-то определенной точки зрения. Тонко, вкусно, с фирменным повествовательным юмором Акунин шаг за шагом доказывает важный для него тезис: "если русская литература "вышла из гоголевской шинели", то российское государство до сих пор донашивает петровские ботфорты". К чему ведет автор, понятно уже давно, тома со второго. За это его можно любить и ненавидеть, трепетать и не понимать, но одного отнять нельзя - Акунин действительно довольно точный и яркий рассказчик, способный увлечь бесконечным описанием военных походов даже того, кто чурается любого исторического занудства.

     Помогает ему как всегда тщательно подобранная структура изложения материала.В каждом томе она у него своя и каждый раз неизменно удачная, так что позволяет наилучшим образом подать весь необходимый объем фактов, хитро разложив их по простым и понятным полочкам.Здесь мы видим 4 части. Первая рассказывает о личности Петра I, особенностях его характера, пристрастиях и фобиях - всём том, что сказывалось на принятии решений и поведении. Вторая часть последовательно воспроизводит все события его царствования (разбита на главы по отдельным периодам). Третий раздел посвящен главным темам, занимавшим императора в эпоху его правления, которые повлекли кардинальные перемены в стране (правительственный аппарат, законы, армия и флот, сословия, европеизация и т.д.). Наконец, в четвертой части автор кратко характеризует петровскую "команду" - 14 особо приближенных соратников (всяких Лефортов, Меншиковых и Ромодановских), а также почти безликую массу "боевых генералов" и "прибыльщиков".

     Отдельно в этот раз хочется похвалить иллюстрации И. Сакурова.На прошлом томе у меня случилась сильная к ним нелюбовь, о чем я отдельно упоминала в рецензии, но тут дело неожиданно пошло лучше. И хотя художник по-прежнему тяготеет к "желтоватым" сюжетам (Петр демонстрирует второй жене посаженную на кол голову; Петр насильно стрижет бояр; турецкие ханы демонстрируют друг другу голову российского посла на золотом блюде), в книге есть и другие, более мирные сюжеты. Да и цветовое исполнение, кажется, стало получше - здесь явно меньше вырвиглазной яркости, лубочности и аляпистости.

     В общем, получилось в этот раз действительно на "отлично", безо всяких натяжек с моей стороны. Благодаря Петру I (или по его вине - в зависимости от точки зрения) "четвертая" Россия преобразовалась в империю и теперь была обречена расширяться. А мы обречены ждать продолжения про не менее занимательную эпоху дворцовых переворотов.

      Приятного вам шелеста страниц!

 Суть претензий к Акунину.  

 

Гузель Яхина. Зулейха открывает глаза

   Давно прочитаны нужные книги об страшном периоде в истории страны,-  Дети Арбата и Крутой маршрут, Колымские рассказы и Архипелаг  Гулаг, Факультет забытых вещей и Московская Сага, Обитель и Солнце мертвых, Окаянные дни и Один день из жизни Ивана Денисовича.... И память уже успешно  избавилась от самых страшных сцен и сюжетов. А тут опять по больному и опять волосы дыбом от того, как одни русские люди могут издеваться над другими русскими людьми.... 

  Наверное,  автор права - об этом надо говорить. Во-первых, для того, чтобы не зарастало, не забывалось и не давало наделать новых подобных глупостей. Во- вторых, уж больно всё сложно, и события, и причины поступков, и люди, и судьбы и так хочется во всём разобраться. И в- третьих, какими удивительными бывают судьбы, какими сильными бывают люди, какое это чудо -  человеческая душа и доброта. Особенно, если рассказывает об этом умный, тонко чувствующий, талантливый художник.

Аннотация

       «Зулейха открывает глаза» — дебютный роман российской писательницы Гузели Яхиной о раскулачивании 30-х годов XX века, лауреат  первой премии «Большая Книга» 2015г.
       Действие романа «Зулейха открывает глаза» начинается в 1930 году в далёкой татарской деревне. Зимой 1930-го у крестьянки Зулейхи убивают мужа, а её саму вместе с сотнями других переселенцев отправляют в вагоне-теплушке по каторжному маршруту в Сибирь. Во второй части романа рассказывается история выживания ссыльных, брошенных в глухой тайге на берегу Ангары без пищи, крова и тёплой одежды. Кучке людей самых разных национальностей, конфессий и судеб приходится вместе бороться за выживание против суровой природы и нового правительства.

      Тема судеб раскулаченных и жизни в спецпоселении заинтересовала Яхину благодаря рассказам её бабушки, которая пережила ссылку в Сибирь. Однако реальных эпизодов из её биографии в романе нет, текст создан на основе мемуаров большого количества других раскулаченных людей. Все истории объединял период между 1930 и 1946 годами.

 Рецензии

strannik102 
   Гузель Яхина открывает глаза. Нам, читателям! Для этой книги Людмила Улицкая написала замечательное предисловие. И то, что в России появился (появилась!) замечательный молодой талантливый двукультурный и двуязыкий прозаик, представляет собой особую ценность.
    Это вам не европейское мульти-культи, от которого, кажется, вскорости останутся одни только культи. А это и есть истинный мультикультурализм, когда русский читатель с удовольствием читает и принимает близко к сердцу литературу другого народа и сострадает этому народу равно как и своему собственному.
   И когда автор не накидывается яро и оголтело на острые и горькие страницы совместной истории, а просто изображает, отображает нам всё происходившее в один из самых трудных и горьких периодов существования СССР (начало 30-х — середина 40-х), предоставляя возможность читателю самому расставить предпочтения и симпатии, смысловые ударения и эмоционально-чувственные акценты (хотя с трудом представляю себе читателя, который будет симпатизировать негодяю Горелову).
   Сила романа не в том, что Гузель Яхина до предела обнажила все мерзости и несправедливости описываемого периода, а в том, что она сумела, ничего не трагедизируя и не впадая в крайности оценочного подхода к освещению реалий той жизни, показать нам детали и повседневности непростой судьбы не только главной героини Зулейхи, но и трагедии и драмы жизней многих других раскулаченных и сосланных в Сибирь людей, а также и некоторых "бывших", которые попали в один эшелон с татарскими переселенцами.
     Но ещё и трагедию и драму жизни НКВДшника, который исполнял волю Партии истово и с глубокой верой в правоту совершаемого и затем волею уже всяких там вышестоящих над ним начальников принудительно стал комендантом поселения, постепенно превратившись в Коменданта.
    Разрыв между мотивациями "они же враги" и "спасти людей" был для Ивана таким сильным, что его буквально рвало на части, однако к его чести он всегда делал свой выбор в пользу гуманистического начала, отставляя в сторону партийно-социалистические принципы.
    Причём чаще всего такой выбор делался им не чистым умом, а скорее спонтанно, так, как велела ему его партийная социалистическая душа. Вот уж где поистине был разрыв шаблона! Зулейха и Иван — безусловно именно эти два человека являются основными героями романа.
     Но вообще роман наполнен таким количеством важных и значимых персонажей, что кажется, будто он переполнен ими, однако во время чтения такого ощущения совсем не возникает — все на месте, все выделены ровно в той степени, которая необходима для раскрытия тем и образов. Причём яркость образов многих персонажей открывается нам порой краткими и мелкими деталями их внешности или поведения — Гузель Яхина умеет сделать образ выразительным при помощи короткого литературного мазка писательской кистью.  
     Замечательная книга, интересный автор! 

 

aleksandra_sneg 

  Я довольно долго (год точно, может быть даже больше) не решалась прочесть эту книгу, уверенная - будет больно. Больно было. Ни секунды не пожалела, что прочла. На самом деле совсем выворачивало душу начало.
  С одной стороны - Юлбаш и глубокие снега, духи, населяющие этот уголок мира густо и благодарно, то, как Зулейха общается с ними. Горько до сведённых зубов и кома в горле - когда о дочках. Но как-то уютно, правильно, понятно, само взаимодействие Зулейхи с хранителями, с природой, с животными. Прекрасная дикая женщина - маленькая хрупкая и очень сильная.
  С другой стороны - вот в кадре появляются муж Зулейхи и свекровь. И начинается узаконенное, привычное, ежедневное насилие, унижение. И от того, как это принимается Зулейхой - как должное потому что с рождения вложили - только так и должно быть - ещё больнее, жутче стократ.
  Но это - первые сто страниц примерно. А потом - раскулачивание, которое давно уже докатилось до Юлбаша, придёт и ударит железным кулаком так, как ещё никогда не било. И начнётся путь. Распределитель. Поезд. Дорога. Встретятся и перемешаются в этом поезде раскулаченные, и ленинградские интеллигенты, и махровые зэки. Всех зажмёт в тесноте вагона и понесёт в ссыльные земли. Комендантом эшелона будет Иван Игнатов - преданной делу революции, алому стягу, живущий и не верящий в то, какая грязь может твориться в этой системе, и что сам он - винтик этой системы, не более того. Потерять его, закатить под пыльную лавку, да позабыть - проблемы не составит.
  Но пока он ещё этого не знает. Пока Иван везёт в нескольких переполненных вагонах врагов революции. И отвечает за них... Мне на каком-то моменте подумалось, что вся книга будет про дорогу. А самое для меня интересное началось всё-таки, когда прибыли. Первые тридцать - оставшиеся тридцать - у которых одна задача: выжить. Потом снова выжить, и ещё. А потом уже будет - просто «жить», но так до этого сколько времени пройдёт и не все доберутся. Первые тридцать. И как чудесно вплетается в повествование легенда про птиц которые к птице Семруг шли! Вот оно - что в мифе было, то и на земле отразилось.
   Кроме Зулейхи мы тут узнаем о судьбах очень многих, очень разных людей. Но любимицей моей всё же осталась Зулейха. А ещё потрясла история профессора Лейбе. Жизнь и свет, удар непереносимый - и жуткая защита психики. И... спасение самым чудесным, мистическим буквально, образом. Выручая новую жизнь - и сам родился заново. Откуда-то всплывает, как давно забытая молитва: имею ли право? - не имею права не попытаться.
    Ещё меня в книге поразило то, что впервые знакомясь с героями, с участниками этого жуткого путешествия, не возможно предугадать, кто из них равно уйдёт, не выдержит, а кто выстоит, не смотря на хрупкость и внешнюю тщедушность свою. Вот так и задаёшься вопросом - что держит человека, привязывает к жизни? Здоровье, крепкое тело? Или внутренний стержень? А, может, просто удача? Или и вправду есть вот это «ты ещё нужен на земле, рано уходить»?
   В романе много о переплетении жизни и смерти, об их неразделимом единстве. Вот и про урман хорошо сказано, и на самом деле это не только про урман: Смерть была здесь везде, но смерть простая, понятная, по-своему мудрая, даже справедливая: облетали с деревьев и гнили в земле листья и хвоя, ломались под тяжёлой медвежьей лапой и высыхали кусты, трава становилась добычей оленя, а сам он - волчьей стаи. Смерть была тесно, неразрывно переплетена с жизнью - и оттого не страшна. Больше того, жизнь в урмане всегда побеждала.

    Как бы не бушевали осенью страшные торфяные пожары, как ни была бы холодна и сурова зима, как ни свирепствовали бы оголодавшие хищники, Зулейха знала: весна придёт, и брызнут юной зеленью деревья, и шёлковая трава затопит выжженную некогда дочерна землю, и народится у зверья весёлый и обильный молодняк. И по контрасту мы видим смерть притянутую грязными человечьими руками, подлыми и бездушными поступками. В такой смерти тяжело рассмотреть какую-либо справедливость и жизнь, как обратную сторону смерти... ...
    Книга про многое, и если первые 250 страниц я ещё сравнивала с Улицкой (для меня это не совсем комплемент), то потом уже стало ясно, что «Зулейха открывает глаза» - другая, ни на что не похожая. За героев переживалось очень сильно, и до сих пор словно бы слышу голос Зулейхи, летящий над Ангарой. Концовка дала возможность и подумать, и робко пофантазировать о хорошем - кто мне запретит? :) Очень жду новую книгу Яхиной. Пусть будет не похожа на «Зулейху», но так же хороша.

 Рецензия из журнала о культуре IRL.by

 

Иванов Алексей. Тобол. Много званных.

- Первая книга нового романа от автора бестселлеров "Географ глобус пропил", "Сердце пармы", "Золото бунта", "Ненастье".  - Cамая долгожданная новинка этого года: исторический эпос, политический детектив и мистический экшн - в одном романе! 
- Самое крупное произведение автора. Выйдет в двух книгах: "Тобол. Много званых" и "Тобол. Мало избранных" (весна 2017). 
- Проект "Тобол" включает в себя не только 2-х томный роман, но и сериал по сценарию Алексея Иванова (съемки с начала 2017 г.), а также документальную книгу "Дебри" (зима 2017). Читать, смотреть и путешествовать! 

В эпоху великих реформ Петра I "Россия молодая" закипела даже в дремучей Сибири. Нарождающаяся империя крушила в тайге воеводское средневековье. Народы и веры перемешались. Пленные шведы, бухарские купцы, офицеры и чиновники, каторжники, инородцы, летописцы и зодчие, китайские контрабандисты, беглые раскольники, шаманы, православные миссионеры и воинственные степняки джунгары - все они вместе, враждуя между собой или спасая друг друга, творили судьбу российской Азии. Эти обжигающие сюжеты Алексей Иванов сложил в роман-пеплум "Тобол". "Тобол. Много званых" - первая книга романа. Здесь все его книги.

Аудиокнига в исполнении Ивана Литвинова больше похожа на радио-спектакль. Здесь речь каждого персонажа – своя, особенная, окрашенная присущими именно этому персонажу эмоциями. Но если  в радио-спектаклях повествовательная часть как правило обрезана -  не вмещается она в этот формат, в  аудиокниге и повествовательная часть вся до последнего словечка перед тобой.

Колорит книге придают и множество старинных, незнакомых имён и названий, и разные диалекты и даже языки героев. Продираясь через них в печатной книге можно заскучать, но в этом великолепном исполнении, они звучат как музыка, как аудио-коктейль, создавая нужную атмосферу  погружения в события, о которых идёт речь.

Иванов Алексей – человечище! Художник от бога, и фантазия – просто бурлит. Такие сцены, такое описание сибирских пейзажей! Вот одна, из многих, попробуйте.

Слушал книгу  долго – будто бочёнок меда смаковал. По ложечке, а потом обязательно – пауза. Чтоб послевкусие уловить. Чтобы эмоции не зашкаливали и не забивали друг друга.

 HishtakiSaritanur

Сразу скажу – мне данная книга понравилась. Очень. Со всех сторон и во всех ракурсах и смыслах. Это ведь третья (а по описываемому периоду – средняя) из озвученных книг А. Иванова, посвященная (называйте, как хотите) завоеванию, освоению, присоединению при- и зауральских земель. Терминология и у профессиональных историков как раньше различалась, так и до сих пор различается в зависимости от политической ориентации. Хотя завоевывать в Сибири было особо некого. Разрозненные княжества и единственное реальное государство - Сибирское ханство. Обломок Золотой Орды, тоже не имевший значительной силы и заселенный татарами, привыкшими к кочевническому образу жизни и не умевшими обустроить города или даже посёлки. Основными занятиями у них по-прежнему оставались охота и набеги. А уж как русские добежали до действительно сильных государств (того же Китая, например) – так расширение РИ на восток Евразии и закончилось.
            Время обустройства новых территорий. И как раз этой теме книга А.Иванова посвящена. Мне близка формулировка, что устойчивость государства (особенно такого, как РИ) базируется на обладании властью тремя атрибутами с условными названиями: Меч, Храм и Кошелек. И как раз в рамках этого постулата Петр I выстраивает державу. Отодвигает служилых людей (иначе говоря, наемников, в т.ч. стрельцов) и казаков и формирует современную регулярную армию. Жестко проводит политику в отношении раскольников. Как может, карает казнокрадов/ мздоимцев и, с другой стороны, всячески поощряет отечественных предпринимателей. Ну, последний пункт в России всегда был самым трудно разрешимым – слишком богата земля, слишком велика территория и слишком много соблазнов. Впрочем, где та, когда-то «златокипящая», Мангазея? Но уж чего никогда не прощал Петр Алексеич – так это предательства. Хотя, вот слушаю сейчас роман Д. Митчелла «Тысяча осеней Якоба де Зута» - так там голландцы в своей японской фактории Ост-Индской компании такие дела вытворяли в ущерб метрополии, мама не горюй!

Тема раскола (как последствия реформ патриарха Никона) до сих пор нуждается в изучении и понимании. Ведь все началось с казалось бы, безобидного решения Ивана Грозного навести порядок в списках церковных книг для священнослужителей, куда по вине переписчиков вкрались и лавинообразно накапливались ошибки не только грамматические, но и смыслообразующие. Последние уже приближались к еретическим искажениям священных текстов. Ну а дальше уже включились не только богословие, но и политика.

 

В период, описываемый в книге, меры, предпринимаемые Петром I в отношении раскольников, были, пожалуй, самыми жестокими. Но и фанатизм самих раскольников в этот же период приводил к чудовищным по количеству жертв результатам. 

Алексей Иванов показал себя в книге зрелым писателем. Прекрасный язык. Сюжет сложный, с множеством линий, уложенных в единое цельное повествование кирпичик к кирпичику. Персонажи яркие, отлично выписанные. С нетерпением буду ждать продолжение.

А уж Иван Литвинов тут так хорош! Ни единой фальшивой ноты или интонации. Утишенное ровное чтение значительной части романа может ввести в заблуждение. В ответственные моменты И.Л. являет такой накал и темперамент… И тоже - без единого сбоя. 

Заметки, которые ведут по ходу действия такие персонажи романа, как Филипп Иоганн (Юхан) Страленберг и Г.И.Новицкий, действительно впоследствии были опубликованы в виде книг и высоко ценились современниками и цитируются до сих пор в исторических трудах.

 

ДДмитрий

Книга "Тобол. Много званых" - Алексей Иванов - потрясающий исторический роман об истории покорения Сибири в петровские времена с новым интересным приемом погружения в мир персонажа.  Яркий, увлекательный язык описания, добротная историческая основа сюжета, интересный прием погружения читателя в мир разных персонажей.

Как всегда, у Иванова роман основан на реальных событиях. Впечатляет красочное и детальное описание жизни людей той эпохи. Писатель мастерски погружает читателя в этот неведомый для многих из нас мир. Причем погружает, используя очень интересный прием, который я до сих пор еще не встречал. А именно, описывает некоторые сцены и ситуации с точки зрения какого-то конкретного персонажа, используя те выражения, тот язык и образы, которые свойственны именно этому персонажу, его характеру, его мировоззрению. Причем так достоверно, что невольно представляешь себя на его месте, понимаешь, что он должен чувствовать в этот момент, какие принимать решения и какова его мотивация поступков.

 Как всегда, великолепные описания природы Сибири, быта и обычаев ее обитателей – русских, татар, остяков, шведов и многих других народов, которые жили здесь веками или оказались волей судьбы в этих краях. Ко всему этому великолепию еще добавлены красной нитью политические интриги и скрытые механизмы крупных исторических событий того времени. Взаимоотношения между правителями разного уровня и разных ступеней иерархии.

Очень любопытны для меня были описания языческих традиций и ритуалов остяков и других аборигенов Сибири. Причем, видно, что это все не придумано писателем, а взято из реальной жизни. Где-то подсмотрено или записано со слов реальных людей.

Есть также важная линия истории становления христианства в этих краях, а также противостояния староверов и властей, которое стало особенно ожесточенным в то время.

В общем, читая этот роман, буквально погружаешься с головой в то время, в заботы и интересы персонажей книги. Такому эффекту способствует живой, образный и увлекательный язык автора. Очень достоверные и подробные в бытовом плане описания сцен.

Книга читается очень легко и увлекательно. Есть описание мужских, женских судеб, карьерный рост и падение чиновников, захватывающие любовные линии, ужасающие реализмом воинские баталии. Многие персонажи – реальные исторические фигуры.

Первая часть романа называется «Много званых». Вторая «Мало избранных». Все вместе символизирует фразу из евангельской притчи. Означает, очевидно, что много кого судьба заносила в Сибирь, но не все смогли пройти испытания в ее суровых условиях. Только немногие смогли оставить достойный след в ее истории.

После прочтения обеих частей вам неизбежно захочется прочитать еще одну книгу того же автора под названием «Дебри». Это историческая основа романа «Тобол». Здесь только исторические факты о людях и событиях из романа.

И еще одна новость для тех, кто уже прочел или собирается прочесть этот роман. Узнал в интернете, что сейчас снимается одноименный сериал с такими звездами, как Дмитрий Дюжев, Евгений Дятлов и др. Сценарист тоже А. Иванов. Так что те, кто только собирается читать, торопитесь. Иначе первым у вас будет впечатление от сериала, а не от книги.

 

Шерочка

Отличный исторический роман о многогранной Сибири

               «Тобол. Много званых» - это не самый сильный роман Алексея Иванова, написанный в жанре исторической прозы. Куда больше меня впечатлили в свое время «Золото бунта» и «Сердце пармы». Однако Иванов верен себе и если берется писать исторический роман, то детально передает и говор того времени с привязкой к местности и народности героев, и эпоху прописывает отлично, да и мимо основных потрясений века не проходит. Умеет он создавать отличные связки, нагнетать атмосферу и интриговать настолько, что оторваться от его исторических романов невозможно, пока не прочитано все до последней страницы.

В данной книге кроме русских и малороссов среди главных героев (а их немало в произведении) еще пленные шведы, джунгары и коренное население Сибири – остяки, якуты, ... Отлично прописан быт, верования и культура всех упоминаемых в книге народов и народностей, их столкновение и ассимиляция. А рассказ о мифологии коренных народов Сибири вообще дорогого стоит.

Множество мелких сюжетных линий сплетаются с основной (установление твердой государственной власти в Сибири), так что скучать не приходится, ведь приключений хватает всем героям с лихвой. В произведение введено много реально существовавших исторических личностей, оттого я постоянно ныряла в интернет, чтобы узнать о них побольше и сопоставить найденную информацию с происходящим в романе. Роман по-настоящему масштабен, ведь охватывает практически все сферы жизни сибиряков, как коренных, так и пришлых, столь разных в своих стремлениях.

Сложная книга, многослойная, очень серьезная и мрачная, ведь она неприкрыто рассказывает и о житейской грязи, и о воззрениях героев, никто из которых не был ангелом (нет здесь абсолютно положительных персонажей -все в романе «люди-человеки» обуреваемые страстями и имеющие свои недостатки), и о непростом государственном курсе того времени.

Что ж, буду ждать выхода продолжения данного произведения (анонсированного как роман «Тобол. Мало избранных»), уж очень интересно узнать, какая судьба ждет героев в век реформ и потрясений.

P.S. По построению и панорамности роман «Тобол. Много званых» напомнил мне такие лучшие исторические произведения написанные в советский период как «Петр Первый» Алексея Николаевича Толстого, «Россия молодая» Юрия Германа, «Слово и дело» Валентина Пикуля, романы Язвицкого, Шишкова и Костылева.

 

Александр Ципкин. Женщины непреклонного возраста

Аннотация

Аннотация:

Хулиганская лирика харизматичного питерского пиарщика и журналиста Александра Цыпкина заслуженно переросла сетевой успех и популярность в периодческих СМИ. Эта книга в основном заставит вас смеяться, один раз плакать, но главное она вернет аппетит к жизни, а может – и любовь к людям. «В этих историях все странно, неожиданно, но при этом парадоксальным образом достоверно. От этого делается легко, свободно и весело. Читая книгу „Женщины непреклонного возраста“, я смеялся. Иногда – неприлично громко». Андрей Аствацатуров

vk_146264720

Прелесть что такое, рекомендую!!!!!

Прослушала с огромным удовольствием, начитка прекрасна! Обязательно буду переслушивать!

 

janeairika

Сборник рассказов от известного питерского пиарщика и журналиста Цыпкина - отличный вариант для тех, кто ещё не отошёл полностью от серьёзной глубокой литературы, и нужно сделать паузу перед следующим погружением в новый виток страниц. Как говорится: "То, что доктор прописал!" Книга - не литературный шедевр, автор - не номинант известных громких премий... Но при всём этом, это маленькое незамысловатое произведение обладает тонким чувством юмора, притягивает с первых страниц своей правдивостью и заставляет принять то, что обычно мы видим в других, но не замечаем в себе. Истории читаются легко и весело, все они наполнены едкой самоиронией и сарказмом, присутствует немного лирики. Маленькие короткие зарисовки из жизни автора в разные периоды его жизни переплетаются с рассказами о питерских бомжах и интеллигенции, приключениями итальянцев в России и евреях, выходцами из-под Рязани... Некоторые рассказы прописаны до мелочей, юмор сквозит изо всех щелей, что невольно начинаешь смеяться в голос. Другие же, напротив, не вызывают абсолютно никаких эмоций, написаны сухим и бесформенным языком. Я делала скидку на то, что все же Цыпкин больше журналист, и литература, особенно книжный формат, пока не его тема. Я даже сомневаюсь, к какому жанру отнести этот формат. Скорее всего, соглашусь с Андреем Астварцатуровым, который назвал книгу Цыпкина "хулиганистой лирикой". Вот прям в точку! В этом весь Цыпкин. Прочитать один раз стоит, хотя бы ради того, чтобы услышать свой смеющийся голос со стороны.

 

Ягодка45

Эта книга привлекла внимание своим название. На мой взгляд это очень оригинально: "Женщины непреклонного возраста".

просто наслаждаюсь этим словосочетанием. Думаю, что я отношусь именно к этой категории женщин.

Автор мне совершенно был не знаком. Оборотная сторона книги представляет о нем краткую информацию. Достоин внимания молодой человек с таким "послужным" списком.

Эта книга по сути сборник коротких рассказов. Формат для меня очень подходящий: люблю читать на ночь и длинное повествования часто бывает в ущерб сну.

Прочитаю перед сном рассказик- другой и спокойно отложу книгу. Не тут-то было. Настолько легко, увлекательно и живо написаны эти рассказы, что хочется прочитать еще один, и ещё, и ещё...

В основе рассказов современные истории и герои, словно собственные друзья.

Автор пишет с таким удивительным юмором, что частенько я смеялась взахлеб, боясь разбудить домочадцев.

Некоторые истории очень трогательные, даже можно сказать печальные, но буквально из каждой строчки брызжет оптимизмом. Тем не менее парочка рассказов растрогала меня до слёз.

Кроме "полноформатных" рассказов в сборник включены совсем небольшие, буквально зарисовки из жизни в десяток предложений. Такие емкие по смыслу.

Рекомендую почитать эту книгу. Я сама периодически перелистываю её, выхватывая интересные места, а то и перечитывая рассказ полностью.

 

autoreg888835678

 

"Как возлюбить пробки" или «Слушать книги, оказывается не менее интересно чем читать»

Всё никак не хватало времени дочитать прекрасную книгу Александр Цыпкина, и вот сегодня, узнав что среди множества шикарных актеров, озвучивших рассказы о «Женщинах непреклонного возраста» есть мой обожаемый дружище Пага Деревянко , впервые поставил себе на iPhone программу для аудиокниг от ЛитРес!

Сначала взахлёб прослушал всё, что было не прочитанно мной лично, а сейчас с не меньшим восторгом вернулся к самому началу!

Вообще не понимаю, почему я раньше так упорно игнорировал аудиокниги как класс. Был уверен, что на слух не смогу воспринять все так же как при самостоятельном чтении (ерунда полная). Думал, что будут раздражать чужие интонации (чушь, так как читают всё действительно блестящие актеры). Да в конце концов, я сам все читаю намного быстрее (но оказалось что скорость в программе можно легко увеличивать, хоть мне это и не понадобилось).

В общем, как вы уже поняли – убедительно рекомендую!

 

 

Об авторе

Александр Цыпкин – эксперт по стратегическому PR, публицист, автор сатирических рассказов и более сотни интервью с политиками, деятелями культуры, науки, спорта.

Сейчас на счету талантливого автора более десятка сборников, каждый из которых пользуется огромной популярностью у читателей:

  • «Дом до свиданий и новые беспринцЫпные истории»;
  • «Рассказы к Новому году и Рождеству»;
  • «Записки на айфонах» (сборник);
  • «Prada и правда»;
  • «Чувство долга»;
  • «Племяш-наш или Куда приводят звонки». 
  •  
  • В феврале 2016 года вышла видеоверсия сценического чтения повести «Томатный сок» в исполнении Данилы Козловского. В течение недели видео набрало миллион просмотров в соцсети Facebook. Выпущенная вскоре аудиокнига, озвученная голосами Константина Хабенского, Павла Деревянко и других актеров кино, телеведущих и самого автора, за две недели стала лидером продаж. Рассказы Александра Цыпкина неоднократно читались со сцены, в том числе в рамках проекта «Ночь искусств», а также на книжном фестивале на Красной площади.

 

Б. Акунин. Евразийская империя. История Российского государства. Эпоха цариц.

Из серии: История Российского государства Аудиоверсия книги в исполнении Александра Клюквина.

Аннотация

«Эпоха цариц», то есть события русского 18 столетия, – поразительно интересный период отечественной истории, когда Россия превратилась в евразийскую империю, расширяющуюся на запад, юг и восток. Это время преподает нам несколько важных уроков: об ограниченности неограниченной власти, о необходимости и рискованности реформ, о том, как можно и как нельзя править Россией.

Книга рассказывает, как завязывались «вечные» российские узлы: национальный вопрос, внутриобщественное противостояние, жажда свободы и страх перед порождаемым им хаосом.

 

Я отлично провёл время размышляя о судьбах отечества своего, жду продолжения, надеюсь Акунин не ограничиться только историей царской России. чтец великолепен. Оцените язык, юмор, хлёсткость фраз.

«в «великие времена» тяжело жить, но про них интересно рассказывать.» 

«Дискуссия о крепостничестве получилась весьма бурной. Однако депутаты спорили не о том, как и когда освободить крестьян, а о том, как их еще больше закрепостить. Недворянские сословия – купцы, священники, казаки – обижались, что лишены права тоже владеть «душами».» 

«Вместо дружбы со всеми державами она в 34 года своего правления перессорила Россию почти со всеми крупными государствами Западной Европы и внесла в нашу историю одно из самых кровопролитных царствований, вела в Европе шесть войн и перед смертью готовилась к седьмой – с революционной Францией». Всюду, где только возможно – в Польше, Швеции, Турции, – российские дипломаты мутили воду, отчаянно интриговали, натравливали друг на друга противоборствующие партии. Наконец, при Екатерине установилась скверная традиция прикрывать корыстные имперские намерения высокопарной, демагогической риторикой.»
.......

Отзывы

Blackkron:

  Отлично господин Акунин, жду продолжения! Хочу отметить формат книги - все чудеса в одном флаконе! Много читал от разных авторов о том славном времени, о Катюшах и Аннах, о Павлах и Петрах, но вот у господина Акунина получилось собрать все перчинки в одно произведении и построить повествование так, что оторваться невозможно!

Ордынское государство - раз за разом автор повторяет это словосочетание. Даже как то не приятно получается для меня, как для гражданина РФ. Ведь очень много схожего между тем, что было в средневековой России с Россией нынешней. Такое ощущение, что наши "правители" действительно не могут иначе! Не может страна сойти с этого пути!

Россия и Екатерина Великая. Я всё ждал про коней, не дождался! Автор обходит тему сексуальных утех императрицы, но умело описывает её психологический портрет. И это было куда интересней, чем будуарные подробности. Ведь путь от прекраснодушной мечтательницы, до маразматичного параноика - это достойный путь, путь заслуживающий освещения! Автор молодец, я проникся к Кате уважением и сочувствием.

Отмечу, что всё венценосцы в этом произведении представлены с лучшей стороны. Для каждого автор нашел доброе слово, что бы подчеркнуть достоинства, возвысить над другими! Даже Катерину№1 - шлюшку - обласкал! Ну не молодец ли!? Понимаю, что для патриотического слуха такие подробности слишком вульгарны, как для православных узнавать о том, что Иисус был евреем. Всегда радуюсь, когда вижу непонимание на их лице...

Шикарно показал Павла! В отличии от Петра, Анюты и Кати, автор более всех(имхо) благосклонен к Пашке. Ну и мне этот правитель открылся с другой стороны. Умом понимаю, что жить при этом педанте было чрезвычайно сложно, но... но если бы у него был хороший, дельный советчик... если бы он не разогнал друзей... если бы. Впрочем, уже есть, как есть! Было приятно познакомиться Павел! Вы красавчик!

Очень жду художественных братьев Истории Государства, что же там с нашими полюбившимися героями! Трехглазовы, ау!!! Как повернет вашу судьбу Акунин, в какие дебри вас зашлет, на какие лишения обречет... Очень был рад тому, что "Ореховый Будда" закончился на мажорной ноте, воодушевляюще и оптимистично! Надеюсь, что в дальнейшем автор сохранит позитивный настрой и его герои будут по прежнему попадать в неприятности, но выживать к концу книги!

 

IRIN59:

Шестая книга серии История Российского государства переносит читателя в ХVIII век. Время неоднозначное не только в российской истории. В Европе век заканчивается глобальным политическим и социальным взрывом во Франции. В России же практически весь век на царском престоле находились женщины (надо заметить очень разные по характеру и темпераменту), да и Павел 1, царствовавший на границе веков мужской логикой особо не отличался, действовал часто импульсивно и эмоционально.

Следует отметить, что повествование не перегружено незначительными деталями. Автор делает анализ опираясь не только на выводы известных историков, но и на свидетельства очевидцев. От этого описываемые исторические личности предстают в не привычном, "причесанном" последующими исследователями виде, приобретают живые человеческие качества как положительные, так и отрицательные.

А еще, как нигде ранее в этой серии, слышна ирония автора. Книга прослушана в исполнении Александра Клюквина, чтец, как всегда, великолепен. 

  

valerongrach:

Интересно, но русофобия. Очередной Акунин "История Российского государства. Эпоха цариц"
 
Вышел очередной том сочинений Бориса Акунина, который теперь пишет не детективы про Фандорина, а историю России в беллетризированном исполнении. Дело дошло до эпохи XVIII века, автор старательно приближается к нашим временам и чем дальше, тем больше в его книгах откровенной русофобии под видом научно-популярной исторической беллетристики.


Читая эту книгу, будьте готовы к тому, что почти ни один из известных и знаменитых российских деятелей и правителей не заслужит похвалы автора. Все будут ворами, лицемерами, лентяями, непоследовательными в своих поступках. Эффективен только Суворов. Но он тоже плохой, потому что слишком кровожадный и солдат не жалел. В общем, главное резюме, повторяющееся из тома в том, за исключением первого – в России все плохо, а в Европе хорошо и надо делать так же как благородные европейцы (особенно, как англичане со своим огораживанием и законами против бродяжничества, например). Особенно на этот раз досталось Екатерине II. Ведь она Великая. Поэтому Акунин ее гнобит в своей книге самым старательным образом.

Написано интересно. Но это не совсем история. Это беллетризированная история, в которой факты и байки перемешаны примерно в соотношении 50 на 50. Все слухи и давно разобранные легенды о том, что и как говорил и делал, тут изложены. То есть, это строго говоря, не история, а авторский рассказ о том, что было в ту эпоху, с авторским, опять же мнением. К которому нужно быть готовым, иначе можно запросто стать русофобом, как Акунин.

Самое удивительное то, насколько качественно и солидно издаются русофобские книжки. А серия «История государства российского», которую пишет Григорий Чхартишвили, он же Борис Акунин именно такая. Автору не откажешь в хорошем слоге, пишет он легко и увлекательно. Но при этом совершенно не любит Россию и, поэтому русофобия, сквозит, что называется, из всех щелей и пор. И это главный и неприятный недостаток этой книги.

В итоге, на выходе – отлично изданная, с кучей иллюстраций, на хорошей, плотной бумаге книга, в которой можно прочитать перлы вроде 
«…воссела на трон женоненавистнической, недоверчивой к иноземцам, ханжески-чопорной державы…»
Это автор так высказался о начале правления Екатерины I. И далее в том же духе.

В общем, почитать стоит, написано хорошо. Но лучше быть предварительно подготовленным. Например, «Твой Восемнадцатый век» Натана Эйдельмана прочитать. Тоже написано хорошим языком и не в пример уважительнее к русской истории.

 

andrew:

Очередной шедевр от мастера слова. Как и в других книгах серии, материал хорошо структурирован и изложен просто, без оценочных суждений. Что мне нравится больше всего – исторические персонажи показываются с разных сторон, приводятся небольшие, но, на мой взгляд, очень важные детали, которые объясняют особенности характера. А сама эпоха уникальная для Российского Государства – эпоха, когда огромной империей десятилетиями управляли женщины. Удивительное время и увлекательный рассказ о нем.

 

Тарле Е. Наполеон

Аннотация

Книга академика Е. В. Тарле неоднократно переиздавалась в нашей стране и за рубежом. В основу положен текст прижизненного издания 1941 г. с учетом последующих дополнений и изменений. Автор дает отчетливую картину жизни и деятельности первого французского императора, его характеристику как человека, исторического деятеля, с его свойствами, природными данными и устремлениями.

Читает Вячеслав Герасимов

Благодаря этой книге я существенно изменил своё мнение об Отечественной войне 8012 г, её значении и масштабе. Узнал, кто такой Наполеон. Заодно просто узнал, что творилось в Европе во времена наполеоновских войн. Естественно, было некоторое представление обо всем этом из школьного учебника и книги Война и мир. Но после книги Тарле будто появляется объёмное зрение: от масштабности событий, громадности фигуры Наполеона, чудовищной драмы, которая разыгралась Европе того периода просто захватывает дух.

Понравился анализ причин и последствий поступков Наполеона, именно это даёт полное понимание и «объёмность» знания после прочтения.

Книга не художественная, конечно, но и не учебник по истории. Неподготовленный читатель не почувствует себя сильно ущербным. Знания – сила!

Отзывы

RGM1964:  

Скажу сразу, книга очень понравилась: прекрасный язык и стиль повествования, четкая хронология событий и их увлекательное описание. Это рассказ о жизнедеятельности одного из великих и гениальных людей своего времени Наполеона Бонапарта.

Нельзя не восхищаться личностью этого человека, его силой воли, его умом, его убеждениями. Импонирует тот факт, что автор без прикрас показывает образ Наполеона: его отношение к солдатам, как к пушечному мясу и вместе с тем подчеркивает, что император демонстрирует поразительный ум и проницательность в дипломатических переговорах, способность объективно оценивать приближенных соратников, умение распознать хитрость или увертливость.

Тарле предлагает читателю самому делать выводы о мотивации и о целях завоевательных или оборонительных военных действий, предпринятых Наполеоном. Также понравился анализ исторических предпосылок, повлекших возвышение Бонапарта и завоевание им абсолютной власти в республике. Кроме того, было открытием узнать об отчаянном и упорном сопротивлении испанских жителей против французского узурпатора, внесших свою огромную лепту в общее противостояние, так как Наполеон был вынужден направить часть войска в Испанию для удержания этих территорий и таким образом ослабить свои силы.

Думаю, большим плюсом в общем восприятии книги был тот факт, что я ее прослушала в великолепном исполнении Вячеслава Герасимова. Это как раз то идеальное сочетание, когда чтец и книга полностью подходят друг к другу. В общем, я в восторге. 

 

jivaya: 

Сложная для восприятия мной, но безусловно полезная книга. Не могу сказать, что она много прибавила к моему восприятию самой личности Наполеона, но она определенно систематизировала все что я знала о его завоеваниях. Мало тут лирики, но много дат и мировой истории того времени. 

В общем-то, это основательный и крепкий фундамент на котором можно дальше читать книги, более романтизирующие Наполеона, но уже с пониманием на сколько тряхнуло весь мир время его правления.

И не один миллион жизней, не сомневаясь и не жалея, отправил он в небытие, просто ради амбиций и недолговечного величия Франции.

 

Алексей

Читал эту книгу в бумажном виде в серии «След в истории» издательство Феникс.

Написано хорошо, без излишней детализации, особенно это касается военных событий. Хорошо были описаны порядки, царящие в Великой армии Наполеона, автор сравнивал ее с армией Пруссии. Подробно описаны недостатки континентальной блокады для Франции и причины ее неудачи.

Хорошо показаны в эпилоге объективные причины успеха Наполеона как полководца.

  

GehredSissier: 

Чем больше я интересуюсь историей Великой Французской Революции и наполеоновских войн, тем больше я склоняюсь к мысли, что никакой объективной истории нет и быть в принципе не может. Спустя 200 лет кто может на сто процентов поручиться, что "вот так всё было на самом деле"?

Да что там говорить, уже через несколько лет после интересующих нас событий, их участники вовсю в своих мемуарах спорили друг с другом относительно даже просто "было/не было", не говоря уже о том "а почему это было/не было?"

На одно свидетельство всегда находится другое, которое его полностью опровергает. И как же должен работать историк? Если просто стараться быть максимально объективным, то по идее нужно просто в книге дать все известные свидетельства по описываемому вопросу из всех возможных источников и предоставить читателю самому решить, что является правдой, а что - нет. Но кто же это будет покупать и читать?

Ведь люди хотят прочесть какую-то историю. Ну, чтобы как в романе. С героем, злодеями, любовью и т.д. И биографы Наполеона, даже являясь дипломированными историками, работают поэтому скорее как писатели. Взять несколько из его биографий, доступных на русском. Все они созданы на одном и том же материале, но даже жанр произведений разный! У какого-нибудь категорически не принимаемого мной Андре Кастело - это приключенческий роман. У Манфреда - morality tale на тему "гордыня ведет к гибели", а у Тарле - героический миф.

И при всем богатстве источников, при всей видимой глубине анализа у последних двух авторов, все факты старательно подгоняются под формат произведений. Книгу Евгения Викторовича я прочла в далекой юности на пике своего увлечения императором французов. И сначала категорически её не приняла.

Тогда я вообще не поняла, почему она такая известная и что в ней хорошего. Показалась она просто тенденциозным пересказом уже известных мне фактов. До какого-то времени я её популярность объясняла тем, что в СССР просто ничего другого про Наполеона не печатали и, соответственно, приходилось читать это ("на безрыбье...").

Но пару лет назад в интернете я случайно пересеклась с одним французом средних лет, который мне серьезно заявил, что его интерес к наполеоновской эпопее начался с того, что он прочитал книгу об императоре советского автора Тарле. Я даже как-то и не задумывалась, что книгу-то перевели на многие языки, включая французский, на котором в подобного рода работах естественно недостатка нет.

Этот же француз от души порекомендовал "Наполеона" Тарле одному новичку в теме, который спрашивал на специализированном форуме, с чего начать погружение в эпоху. Через какое-то время новичок пришел с отзывом на прочитанную книгу. Написал человек просто:"lecture passionnante, merci".

Всё это меня заинтриговало и я решила вернуться к этой версии жития императора. И, знаете, совсем другое было ощущение. Мне кажется, что в этой работе Тарле есть две основные "фишки":

1) Великолепная манера изложения с то и дело проскальзывающими образцами чернушного юмора Тарле пишет блестящим литературным языком ещё XIX-ого века. И пусть никого не обманут вынужденные ссылки на Маркса в тексте: это произведение автора, целиком и полностью являющегося продуктом дореволюционной культуры. "Наполеон" Тарле как художественное произведение принадлежит к шедеврам отечественной литературы.

2) Образ главного героя Под созданный образ Наполеона выбрана и форма произведения в духе "героического мифа". Ну, знаете из серии: "И победил он вражескую несметную армию. Пришел к нему побежденный царь, а он молвил тому: "Будешь ты мне платить дань, мужчин твоих я заберу в полон, дочь твоя станет моей женой".

Что мне представляется важным здесь, так это то, что из такого повествования как бы выносится понятие морали. Герой древнегреческого мифа с этим понятием вовсе не знаком. Вот и Наполеон как бы стоит у Тарле за гранью добра и зла.

Он избранный как настоящий герой, с детства наделен необыкновенными способностями, у него великое предназначение. С точки зрения общепринятой морали в нем вообще очень мало хорошего. Автор все напирает на его абсолютный цинизм. Такой "антигерой" в героической эпопеи. И читатель ведь этому не слишком симпатичному персонажу сопереживает! Он им просто с первой до последней страницы заворожен. Как заворожен он аморальными Ахиллесом, Одисеем, Гераклом.

Читала, что при первой публикации книги Тарле критиковали за обеднение эмоциональной сферы Бонапарта. Но ведь по-другому здесь и быть не могло. Если автора за это критиковали, то только потому, что не поняли, что же в действительности прочитали.

Ведь женщины выступают в мифах по большей части в качестве военных трофеев, вот и жены Наполеона предстают исключительно в качестве оных. Какие здесь могут быть претензии, если чувствовать саму задумку?

Но самое главное и что поразило меня более всего, так это "скрытый" посыл произведения. Мне при первом прочтении книга показалась откровенное "антинаполеоновской". Автор как бы походя, но явно намеренно и в ярких красках описывает всяческие чинимые Наполеоном зверства. А потом, в заключении дает своему герою... положительную характеристику! Рассказывает, какой он был весь гениальный, и какую однозначно прогрессивную роль сыграл в истории Европы.

И, таким образом, как бы между строк ставится извечный вопрос о целях и средствах, на который читатель волен ответить так, как он сочтет нужным. С учетом года написания это кажется очень смелым. Так что, сейчас у меня о работе Тарле есть только слова восхищения.

 

Hermanarich:

Образцовое сталинское исследование Тоталитарная власть с жестким правителем, «имеющим мнение по всем вопросам», накладывает жесткий отпечаток на всю культурно-научную жизнь страны. Литературные вкусы правителя не могут не отражаться в обществе – даже не в контексте того, что ему нравится (тоталитарные лидеры редко что-то хвалят. Хвалишь – значит понравилось, а когда тебе что-то нравиться – это слабость), а в контексте того, что то, что не нравится правителю – быстро изживается из культурного или научного процесса.

Но бывают и ситуации «улыбки бога», когда находящийся в тяжелых условиях автор, за счет того, что его труд понравится «главному» - внезапно спасает шею из затягивающейся петли. Евгений Викторович (Григорий Вигдорович) Тарле (с ударением на первый слог) – яркий пример человека, который не только смог выскочить из, казалось бы, финальной истории – и сумевший стать реабилитированным не когда-нибудь, а в 37-м году, но и вернуться обратно на научно-исторический олимп, и все благодаря этому своему труду, который пришелся по вкусу лично Сталину.

Соответственно, этот труд говорит больше даже не о Тарле как об историке (что можно сказать о Тарле как об историке? Чертовски талантливый, чувствующий конъюнктуру, осторожный и умный человек. Вроде все), а о Сталине как правителе.

Сталин никогда не был равнодушен к т.н. «сильным личностям» в истории – пример с Наполеоном Тарле не единственный. Вспомнить обласканного наградами «Петра Первого» Алексея Толстого , вспомнить разгром Эйзенштейна за неправильную трактовку образа Ивана Грозного (в результате чего Эйзенштейн погрустнел настолько, что умер) – внимателен был Иосиф Виссарионович к таким вопросам. И, понятно, что Наполеон как-бы идеально написан под Сталина.

Но сначала чуть-чуть теории. Я, условно, разделяю исторические книги (это деление я почерпнул не в какой-то умной книге, а как-то вывел сам, поэтому оно, априори, будет корявым и ужасным – простите меня), вернее даже не исторические, а историко-биографические, на две крупные группы.

Книги по героической биографии, и книги по психологической биографии. Героические биографии восходят еще к «Сравнительным жизнеописаниям» Плутарха – человек, его «внутренний мир» и пр. раскрываются через совокупность тех действий, как правило героического характера, которые он совершает. Это самый древний, известный, почетный и «классический» жанр написания биографий – вывести человека через героя, вывести его личность из совокупностей его дел.

И есть еще другая группа – которая начала формироваться в ХХ веке – это психологическая биография. Я бы связал это с развитием в Европе и США фрейдизма, психоанализа и прочих наук, пытающихся «влезть» в голову герою. Этот вид биографий идет как-бы от противоположного – он пытается сформировать образ нашего персонажа, и через его образ раскрыть его героическую биографию. Т.е. абсолютно противоположное движение – не от дел к личности, а от личности к делам.

Наверное, самый яркий пример подобного подхода, из тех что приходят мне на ум – блестящая биография «Хрущев» Уильяма Таубмана. Когда читаешь то понимаешь, что над образом Хрущева работала не одна и не две команды тонких и умных психологов, которые очень четко проникали в его мозги еще при жизни, и, как это не кажется невероятным, действительно хорошо его прогнозировали.

Поразительно, но зарубежная историческая наука смогла сказать о личности первого секретаря такое, чего не знает и современная историческая наука России. А дело только в ином подходе умноженном на грамотность реализации. Следовательно, выбор лежит между двумя (наверняка есть и больше – я, эмпирические, вывел только два) парадигмами написания биографий – героическим и психологическим.

Мне по душе психологический подход – он интересный, и позволяет смотреть человеку, воспитанному в «классической» (ну, т.е. «героической») системе описания великих личностей на известные вещи совсем под другим углом. Увы, Тарле здесь не был новатором – он представитель вполне себе классического для своего времени направления, и поэтому «Наполеон» у него описан абсолютно через героический подход. Традиция, идущая со времен древних греков, видимо, импонировала и негласному «заказчику» всех исторических трудов в стране – тов. Сталину, поэтому отступление от «генеральной линии» было, как минимум, неблагоразумно.

Когда начинаешь рассуждать о культовом для определенного поколения советских людей труде – всегда встаешь перед дилеммой. Да, труд великий, и повлиял на многих – и оценить его низко как-бы нельзя. Но величие труда все-таки не может не коррелировать со временем – исследование, кажущееся прорывным 100 лет назад, таковым в настоящей момент уже может и не являться. Стоит ли давать позитивные оценки труду по той шкале, по которому ему дали позитивные оценки в момент первого издания?

Я так не считаю – и книгу «Наполеон» я расцениваю именно с позиции конца 2018 года. И на оценку должны оказать влияние труды, написанные уже после Наполеона, но которые сдвинули всю историческую науку вперед. Поэтому я с самого начала призываю отказаться от априорных восхвалений и словословий в адрес данного произведения. Правда, ругать я его тоже не собираюсь. Это очень качественный, крепкий труд, написанный человеком не без литературного таланта, не без художественного вкуса, но с четкими представлениями о том, в каком времени и в какой стране он живет – фактически, данный труд становится эталонным для написания по историческим личностям в период тоталитаризма.

Главный кейс, который предстоит решить автору – как можно четче провести/отказаться от проведения параллелей с реальными действующими лицами. Наполеон есть главная фигура научного труда Тарле – его маршалы, которым он обязан много чем, в т.ч. и своим победам, представлены как-минимум походя.

Можно это объяснить их маленькой ролью (что не так), а можно тем – что правителю сегодня будет приятно читать, и ассоциировать себя с глыбой-Наполеоном, тогда как даже ближайшее его окружение – жалкие пигмеи. «Гений тактики, гений стратегии» - каком правителю неприятно приложить данный образ на свою, не менее великую персону? Напомню, что речь идет о 30-х годах, и Сталин еще не «битый» своей «гениальностью» в первые годы войны – в связи с этим возникает резонный вопрос, репрессии в армии перед войной – не продолжение ли это генеральной мысли о гениальном полководце и пигмеях вокруг него, которые только мешают, но уж точно от них немного толка?

Правитель должен черпать знания из исторических книг (у Тарле про Наполеона это четко отражено), а не моделировать с помощью книг по истории приятную для себя реальность. Впрочем, в эпоху пост-правды это уже не самый страшный грех. «Похороненный под собственным величием и талантом» - черт, такое приятно любому тоталитарному правителю. И дураки те, кто пытались данный труд критиковать.

Критиковать «Наполеона» в условии тоталитарного общества – это как замахнуться на «Хозяина». Награда, кстати, не заставила себя ждать в виде письма от И.В. Сталина, где, помимо редакторских правок и общего одобрения, на конверте было написано «академику Е.В. Тарле». Стоит ли говорить, что после показа конверта в Президиуме АН СССР, вопрос о возвращении Тарле звания академика не решался по причине самоочевидности оного факта? Классическое, слепленное по советскому лекалу исследование – верно традиции (впрочем, можно оно и определяло эту традицию?) даже в мелочах.

Предисловие и послесловие, с активно рассыпанными ссылками и цитатами из Маркса-Энгельса-Ленина (Сталина там нет, но, подозреваю, это специфика позднего переиздания – когда после развенчания культа личности хвалить Сталина стало пусть и менее опасно, чем до этого его ругать, но тоже не до конца комфортно), при отсутствии ссылок на них в основном тексте – классическое для того периода. Указания на действующую силу народных масс (чем объясняют промахи Наполеона в Испании) – из этой же серии. Апелляции к классовой теории – ну, вы поняли.

Это не плохо, нет – но относиться к этому серьезно уже не получается. Подход, который прекрасно работал 100 лет назад, сейчас кажется, кому-то классическим, кому-то устаревшим – но точно не чем-то прорывным. С другой стороны, может и имеет смысл относить книгу в разряд классики, ставить под бронированное стекло, чтоб современники своими грязными ручонками не трогали? Многие моменты, известные мне по теории – в книге не освещены. Например, указание на характер вознаграждение войск (войска воюют не за славу и не за своего лидера, как бы эта мысль не была приятна правителям прошлого и будущего (За Родину, За Сталина!)), и следующий за этим факт, что войско, живущее за счет грабежа, не имеет права проигрывать – иначе все рассыплется, или уже упомянутые скомканные описания взаимоотношений Наполеона с его окружением (с Талейраном и Фуше в первую очередь) – все это не сильные стороны книги.

Да-да, я понимаю, политическая обстановка – когда вокруг верховного правителя кошмарные предатели кругом, как-то эту тему педалировать не хочется, черт его знает, как эта тема будет воспринята. Ну вот ее и не педалировали. Очень умно, Евгений Викторович, очень. Умно и осмотрительно.

Резюмирую: отличная книга из своего времени и для своего времени. Отличный язык, ровное повествование, не особо устаревшая фактология – все это плюсы. Из минусов – устаревший (по объективным причинам) подход, конъюнктурщика, расшаркивание перед правителем, а не перед Клио. Мне, в целом, понравилось, но ставить эту книгу на пъедестал «лучшего за всю историю Наполеоноведения» я бы поостерегся - просто очень хороший труд. 

Дина Рубина. Наполеонов обоз.

Новый долгожданный роман Дины Рубиной "Наполеонов обоз" состоит из 3-х книг. Первая - "Рябиновый клин" - завязка саги. На наших глазах зарождается великая любовь, подобная любви Орфея и Эвридики, только разлученных не смертью, а жизнью. И, как всегда, у писателя: множество тем, энциклопедизм в изображении жизни, глубина проблематики, невероятная - завораживающая - красота стиля. Новый роман Дины Рубиной - колоссальное событие в литературе и в жизни. Все свойства абсолютного бестселлера!!! 

Описание:

Главное, что есть в моем новом романе «Наполеонов обоз», это любовь – такая, какая выпадает не каждой паре, снести которую не каждому дано. Аристарх и Надежда встречаются в детстве, вырастают в этой огромной любви, пока не сталкиваются с предательством, сломавшем их жизни, перевернувшем все намерения и планы. Жизнь вышвырнула каждого за пределы круга любви, чтобы спустя двадцать пять лет, полностью изменившихся, вернуть друг другу.
Всё многоплановое, «много-геройное» действие первой книги «Рябиновый клин» разворачивается на фоне старой, еще времен войны с Наполеоном, семейной легенды Бугровых о некоем бауле с драгоценностями, который предок главного героя, тоже – Аристарх, но с французской фамилией Бугеро, должен был вывезти по Смоленской дороге на Вильну – из окружения. И эта легенда явно связывает семью Аристарха Бугрова с частью пропавших сокровищ из «Золотого обоза» Наполеона, – того самого, таинственно исчезнувшего «Золотого обоза», который продолжают безуспешно искать исследователи, историки и просто энтузиасты-копатели-водолазы. Дина Рубина

 Собираю отзывы по книжным сайтам и не устаю удивляться, какие мы все разные....  Я в восторге рассказываю родственникам и друзьям, какую я замечательную книгу слушаю, а они, попробовав, не спешат дочитывать. Вроде и ругать гениальную писательницу глупо, а вот чувствую , что не идёт у них , не увлекает настолько, чтобы преодолеть слишком порой "концентрированные", насыщенные мыслью и чувствами тексты её, сюжет не такой плавный и стройный, как в привычной литературе попроще.
  Долго не мог понять, кто начитывал книгу - ну не слышал её раньше. Постепенно возникла догадка , что  с таким чувством, так бережно к каждому слову может читать только автор. И не ошибся.

Роман, на мой взгляд, один из сильнейших, ставлю его для себя в ряд таких её шедевров как Белая голубка Кордовы, Почерк Леонардо, Синдром Петрушки, Русская канарейка.

Понял, чем так завораживают  меня её тексты, судьбы главный героев, яркие сцены и эпизоды их жизни. Будто стоишь перед картиной  и уже готов уходить, вроде всё уже разглядел. Я подходит к тебе художник, автор этой картины и начинает рассказывать о том,  что вложил он в свою работу, и о красках и о полутонах, и о выражении лиц, и о том, что думают  и чувствуют эти люди на картине , и какие там запахи на лугу, и как звучит тот Ангийский рожок, что тоже уместился на полотне ...  Рубина - именно этот художник, только её краски и кисть - это слова.

И происходит волшебство. Оживает время, давно прошедшее, люди, о которых речь, их детство, любовь, привязанности. Оживают звуки, запахи, голоса. И от всего этого не оторваться, такими волшебными словами , с такой душой это озвучено.

Вот эта чаровница в процессе творчества, читает фрагмент своего нового романа "Рябиновый клин"в студии 

Вот ещё пара аудио-фрагментов, о которых никаких слов не хватит рассказать: 

Первая встреча

Орфей и Эвридика

А вот и отзывы во всей своей противоречивости:

12benji41

Как теперь дождаться второй книги?

Первая вышла очень уютная, будто старый семейный альбом листаешь. И такая же по ощущениям – как и просмотр фотографий – одновременно сумбурная и обстоятельная. Герои интересные. События, история складываются пазлом. Сначала и не поймёшь «что? зачем? почему?». «Здесь и сейчас» так плотно идёт с прошлым, что это сбивает с толку. А потом картинка складывается, складывается…

Две части. Первая – о ней. А вторая – о нём. И ещё распрекрасный Изюм)

Спасибо Дине Ильиничне за эту историю! И, конечно же, за её голос! Начитано великолепно! Как и всегда)

 

autoreg928550094

Каждый раз, когда начинаю читать, новую книгу Рубиной, меня тошнит и передергивает от всех этих словечек, оборотов, присказок. От всей этой хохломы и клюквы. И каждый раз происходит чудо. Стоит только пробраться через этот слой сиропа и ты оказываешься внутри потрясающей истории. Истории совершенно искусственной, но ни капли не фальшивой. И так хочется верить что все это было, а автор только художественно оформил рассказанную кем-то историю.

Лана Лана

Купила и эту книгу и уже вторую ее часть. Великолепно!!! Держать эту книгу в руках одно удовольствие...ну а читать это полный восторг! Качество книги отличное.

Попок Людмила

Зачем я читаю эту книгу ? Ищу интересную жизнь,героев? И ничего не нахожу,читается с напрягом,напоминают нам о Карабахе,зачем? Мне совсем не нравится Изюм,его выражения вместе с автором ругаются матом,это их сближает как то ? Сочувствую себе в приобретении этой книги.Больше Дину Рубину не читаю.Окунулась в другого автора Амоса Оза

Ольга Свешникова

Великолепная книга. Начинается очень не спеша, начало меня не увлекло, прямо скажем. Но затем... все сцены, где рыжая редакторша навещает маститых писателей - просто блеск! Любовная линия вырастает постепенно, сначала ее и не заметишь в густой ткани повествования, а затем - очень ждешь. Большое удовольствие от чтения.

 

Елена Ефремова

Это просто замечательно, что Дина Рубина начала писать новую трилогию «Наполеонов обоз». На одном дыхании прочитала «Рябиновый клин», даже жаль – автор над ним столько работала, чтобы я проглотила за 3 дня и с нетерпением, непонятно сколько времени ждала бы продолжения.

Казалось, что лучше «Русской канарейки» уже и не напишешь – но нет.  В новом романе действие разворачивается не в Казахстане, не в Ташкенте, не в Праге и даже не в Одессе, а в понятных и близких местах средней полосы России (Владимирская область – соседняя для меня). И я, я тоже в детстве крутила лепестки «часиков», ездила под рамой велосипеда и умела пройти по скошенной стерне, не накалывая ступней.

Всю первую половину книги кажется, что вот-вот развернется любовный сюжет между редактором известного издательства Надеждой и ее соседом по даче оригиналом Изюмом Давлетовым, но потом вдруг из ниоткуда появляется настоящий герой и бывший ее возлюбленный – Аристарх Бугров, истории которого посвящена вторая половина романа. 

Сейчас в моей голове роится туча вопросов – как, при каких обстоятельствах расстались Аристарх и Надежда, чьего ребенка она воспитала, куда исчез маленький ключик, который передавался из поколения в поколение Бугровых, и где та волшебная дверца, которую он открывает... Будто по канве истории страны вышита жизнь нескольких поколений Бугровых, от Отечественной войны 1812 года до Великой Отечественной 1941 года. Не случайно передаются в их семье от деда к внуку всего 2 мужских имени – Семен и Аристарх.

Роман написан чудесным, красивым языком и легко читается (осторожно: присутствует нецензурная брань, но она органично вписывается в текст). В "Рябиновом клине" опять много исторических фишек, музыки, антиквариата и запахов, а одна известная писательница, проживающая в Израиле, очень похожа на саму Дину Рубину. Но главный фокус – зарождающаяся любовь Сташека и Надежды, и такое удачное сравнение с Орфеем и Эвридикой.  «Так вот что имела в виду Вера Самойловна, когда произнесла: «ибо сильна, как смерть, любовь». Вот почему Орфей обернулся! Он обернулся к ней и быстро проговорил: - Я женюсь на тебе…потом, когда…сразу! И она поспешно и серьёзно ответила: - Хорошо.» 

«Осенью парк пузырился желто-кровавыми кронами, а в одной своей части изумительно пламенел: там от края рябиновой аллеи сам собой образовался багряный рукав рябин, уж точно никем не запланированный. Место необычное, ведь рябиновая роща – довольно редкое в природе явление. Да и никакая не роща это, а просто рябиновый клин, алый от кровавых ягод».

Жду, с нетерпением жду продолжения!
 
 Дарина

Книга сначала производит впечатление обычного жизнеописания жителей небольшого городка, так или иначе связанных или знакомых между собой. Плавное, неторопливое повествование… немного утомляющее непониманием сути: к чему все это? Но чуть позже раскрывается уникальный талант автора в поворотах этой плавной, размеренной речи, закручивание сюжета, обещающего кипучие повороты судьбы двоих, тянущей нити к ним с самого детства… Тут и слезы, и смех, и боль – вся палитра эмоций.

Особенно ценно авторское прочтение самой Дины Рубиной. Уже не первый раз слушаю ее Книги именно в ее озвучании – это отдельное огромное удовольствие!!! Как переключиться после такого погружения на что-то другое!???

  

Дина Рубина. Русская канарейка.

 Трилогия: Желтухин. Голос. Блудный сын.

Аннотации

Желтухин

Это история поколений двух семей. Род Этингеров из Одессы – чрезвычайно способная и музыкальная семья.

Второй дом, свято соблюдающий традиции и занимающийся разведением канареек, – из Алма-Аты. А начинается все со Зверолова и его птиц, среди которых обнаруживается особенно одаренный кенар по прозвищу Желтухин. Именно ему и его потомкам суждено сыграть ключевую роль в судьбах обеих семей, переживших Первую и Вторую мировые войны, революцию 1917 года и многие другие трагические события.

Но что будет с Леоном, последним по времени Этингером? И как он окажется связан с девушкой из той самой казахской семьи? Узнайте, читая первый роман серии «Русская канарейка»!

Голос

Вторая книга трилогии Дины Рубиной «Русская канарейка», семейной саги о «двух потомках одной канарейки», которые встретились вопреки всем вероятиям. Леон Этингер – обладатель удивительного голоса и многих иных талантов, последний отпрыск одесского семейства с весьма извилистой и бурной историей.

Прежний голосистый мальчик становится оперативником одной из серьезных спецслужб, обзаводится странной кличкой «Кенар руси», («Русская канарейка»), и со временем – звездой оперной сцены. Но поскольку антитеррористическое подразделение разведки не хочет отпустить бывшего сотрудника, Леон вынужден сочетать карьеру контратенора с тайной и очень опасной «охотой».

Эта «охота» приводит его в Таиланд, где он обнаруживает ответы на некоторые важные вопросы и встречает странную глухую бродяжку с фотокамерой в руках.

Блудный сын

«Блудный сын» – третий, и заключительный, том романа Дины Рубиной «Русская канарейка», полифоническая кульминация грандиозной саги о любви и о Музыке.

Леон Этингер, уникальный контратенор и бывший оперативник израильских спецслужб, которого никак не отпустят на волю, и Айя, глухая бродяжка, вместе отправляются в лихорадочное странствие – то ли побег, то ли преследование – через всю Европу, от Лондона до Портофино.

И, как во всяком подлинном странствии, путь приведет их к трагедии, но и к счастью; к отчаянию, но и к надежде. Исход всякой «охоты» предопределен: рано или поздно неумолимый охотник настигает жертву.

Но и судьба сладкоголосой канарейки на Востоке неизменно предопределена.

Отзывы

Десятки замечательных, восторженных, в основном, отзывов. Хочется привести многие, но достаточно и нескольких, чтобы захотелось скорее прочесть, а лучше прослушать, нет, вкусить самому это «чудо». Думаю среди данных отзывов нет заказных. В каждый из них вложена частичка души, а это уже на продажу не понесешь.

tpbtpb6868
С величайшим удовольствием прослушала эту трилогию в исполнении автора! Как же здорово, что Дина Рубина сама читает свои книги! Ее голос, интонации, паузы: все прекрасно и так гармонично сочетается с текстом!
Не могла оторваться, часами слушала! Профессионально и талантливо! Жду с нетерпением следующего романа!

Наталья Щербакова
Неизменно лёгкий, прекрасный слог Дины Рубиной, невозможно оторваться, забываешь об окружающем мире. только ты и Книга. Солидный трёхтомник читается на одном дыхании.
Удивительное описание событий, мест, характеров, невозможное переплетение судеб. И радуешься, и сопереживаешь, и плачешь, и смеёшься. И ненавидишь автора за повороты сюжета и жизни героев, и понимаешь, что по-другому и быть не могло, и завидуешь главным героям, их уму, силе личности, любви.

N Sweet
Очень рекомендую эту книгу! Обожаю Дину Рубину! Волшебный слог автора завораживает, заставляет фантазировать, рисовать в воображении картинки сюжета! Слушается на одном дыхании, даже не хотелось ставить на паузу…
Не смотрите, что объём произведения большой! Слушайте на здоровье и смакуйте!

Curasaooo
Трилогия #русскаяканарейка Дины Рубиной – потрясающая сага о любви и музыке. Меня не покидало ощущение, что я на долгом званном обеде, постепенно меняются блюда, и каждое из них – произведение искусства, ты смакуешь каждый кусочек, хотя вначале боясь утомиться от долгой истории, а потом радуешься, что книга тебя не отпускает.
Одесса и Лондон, Иерусалим и Портофино, Алма-Ата, апортовые сады, разведка, опера, птицы, война, фотография и голос… Жизнь пяти поколений. Любовь, та самая, горячая, отважная, когда больше никто не нужен. Невозможно описать. Невозможно забыть. Совсем не для всех.
Но Если вы дочитали «Сто лет одиночества» Маркеса, если вы наслаждаетесь витиеватыми кружевными подробностями, если вы просто любите #динарубина, то читать надо! #моя_библиотэка «Не каждая фотография достойна стать черно-белой…» Фотографы поймут ))

Мария Непошивайленко
Эта книга, как американские горки не отпускает твое внимание ни на миг , начав читать ты просто не можешь остановиться. Не буду ничего говорить про певучий ,безумно красивый слог автора - ты как будто бродишь по улочкам Иерусалима ,оказываешься на пляже Таиланда , пьешь кофе в кафешке Парижа - невозможное наслаждение от подобной прозы.
В любовных сценах ни грамма пошлости или наигранности- ты как будто в глазок подсматриваешь чрезвычайно увлекательную жизнь героев и с замиранием сердца не можешь остановиться пока не узнаешь чем же все закончится.

Tatiana Knyazeva
Прекрасно. Нежно, тонко, смешно и грустно. Сплетение судеб, намеки и тайны – все органично и очень по- человечески, так и бывает в жизни – если успеешь заметить, рассмотреть.Рубина всегда замечает

Ирина Ильина (Симакова)
Впервые в жизни не смогла удержаться и просила эту книгу второй раз. И опять открывает для себя что- то новое, неизведанное. Я не знаю как Дина Рубина может так писать, откуда у неё столько таланта?
Я уверена, что на её книгах должна учиться дети. Это великая литература! Спасибо за наслаждение!

Наталья Парюшкина

Тяжело читать, сюжета нет, одни эмоции, тонкая дешвная организация и описание мелочей. Еле дочитала до конца. Язык автора богат, но складывается впечатление, что книга написана именно с целью это показать.

ir_0
Когда появляется новая книга Дины Рубиной всегда хочется скорее, скорее, проглотить, прочитать, лихорадочно нажимая на кнопки перелистывания на ридере, что же там, какой еще неведомый персонаж положит в эту колоду автор, что выйдет за пасьянс?..
А когда любопытство удовлетворено, читаем второй раз. Уже медленно, внимательно, пробуя на вкус слова, выражения, обороты, лихие повороты сюжета..
Смакуя… Книга удивительно обаятельная, вкусная. Спасибо! Рекомендую всем: сюжет плотный, характеры живые, интрига на высоком уровне:)

Цитаты:

«Я сменила пятерых мужей, но любовник у меня всю жизнь был один!»

– Что такое старость? – выкрикивала она поверх хмельного застольного шумка. – Это когда уже не получается мыть ноги в умывальнике.

-Яша! - кричала она. - Меня убивает одно: неизвестность! Ты можешь сгинуть на всю ночь, но даже из борделя отстучи телеграмму: "Мама, я жив!"

О, насчет чая, знаете, я совершенно русский, вернее совершенный англичанин, то есть казах казахом: смело наливайте молока по самый край.

Вдруг воссиял большой медный таз на огне: это в саду под яблоней Стеша колдует над вишневым вареньем. В самой середке густой багряной мякоти подбирается, подкипает крошечный вулкан лаковой вишневой пенки. И она, Эська – восьмилетняя, босая, в цветастом сарафане – стоит с блюдечком в руках, ждет своей порции сладкого – сладчайшего! приторного! – приза. А Стеша месит палкой в тазу вулканическое озерцо, испуганно покрикивая: «Сдайте назад, барышня, ну-ка! Обвариться можно сию минуту, не дай боже!» Но девочка не отходит, завороженно глядя на вулканчик в центре раскаленного багряного озера, облизывая губы, словно на них уже запеклась вожделенная лиловая пенка.

Все, что та делала или говорила, хотелось немедленно переделать и переговорить. Каждое ее слово было лишнее. За каждую вторую фразу ее хотелось прибить.

С самого детства ее распирала такая радость жизни, такое несокрушимое ожидание ежеминутных чудес, с которыми обыденность конкурировать не могла. Этот сгусток энергии уравновешивался диким, необъяснимым и беспричинным враньем, враньем не за ради чего, просто так, без цели. Это было чистое творчество без претензий на гонорар, густая и красочная живопись сочиненного мира, который она вылепливала щедрыми ритмичными мазками.

Да: этот неизвестно откуда взявшийся в девочке врожденный ораторский дар – способность к ритмической речи – вспыхивал и срабатывал в самые неожиданные моменты самым непредсказуемым образом («Хорошая девочка, просто в ней три мотора»).

Двор звучал и звучал, умолкая лишь на два-три предрассветных часа, когда так сладко спать и так хочется тишины, но и ее может нарушить любой базлан, которому не спится, которому приспичило интересоваться за погоду у припозднившегося соседа: – Шо? Дощь? – Та не, гразь есть, но лично не идет…

 

___________________Книги прочитанные давно, но оставшиеся в памяти___________________

Решил включить в список лучшее книги, прочитанные давно. Впечатление  о них немного стёрлись в моей памяти, но это совсем не значит, что они хуже написанных в последние годы.

Булгаков М. Мастер и Маргарита

Акунин Б. Все произведения

Улицкая Л. Все произведения

Рубина Д. Все произведения

Лукьяненко С. Лучшие книги

Лукин Е. Лучшие книги

Домбровский Ю. Хранитель древностей.

Домбровский Ю. Факультет ненужных вещей

Веллер М. Лучшие книги

Круз А. Я еду домой

Проспер Мериме. Лучшие книги

Познер Владимир. Прощание с иллюзиями

Прилепин З. Обитель

Радзинский Э. Загадки истории

Фейхтвангер Л. Лучшие книги

Шустер Г. История тайных союзов

Аксёнов В. Московская сага и др.

Штемлер И. . Коммерсанты, Универмаг, Утреннее шоссе и др.

Санаев П. Похороните меня за плинтусом, Хроники раздолбая

Пикуль В. Три возраста Окини-сан, Богатство, Нечистая сила ......

Бенаквисто Танино. Лучшие книги

Ремарк Э.М. Лучшие книги

Рыбаков. Дети Арбата, Страх, Прах и пепел

Гинзбург Е.. Крутой маршрут

Шаламов К. Колымские рассказы

Аксёнов В. Московская сага

Ден Браун. Лучшие книги

Орлов В. Альтист Данилов, Аптекарь

 

 

 

 

 

 

 

 

 

end faq